Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 265 – Брендон Сандерсон

Янагон изо всех сил старался выправить положение. Пробовал применять тактики, которым научил его Адолин. Он сделал несколько ошибок, множество обычных ходов и даже парочку по-настоящему блестящих. Но все равно проиграл, поскольку Мэй с Адолином объединились против него. Адолин быстро добил Мэй, которой пришлось отступить, хотя закончила она все же с большим количеством очков, чем у Янагона. Вероятно, для нее это стало одним из лучших результатов. Было видно, что она гордится тем, чего добилась: женщин редко обучали «башням». Впрочем, Адолин слышал, что женщинам трудно найти способного соперника, который бы согласился с ними играть.

— Как? – вопросил Янагон, глядя на катастрофические результаты. – Как вышло, что я проиграл? Вы двое сговорились заранее и решили меня разгромить?

— Нет, – ответила Мэй, – просто мы играли в соответствии с наилучшими принципами.

Адолин подался вперед:

— Это урок, который не слишком часто требуется в реальной жизни, но который необходимо усвоить, потому что, когда подобная ситуация все же возникает, она может привести к катастрофе. Помните мой ключевой урок? Побеждает наиболее могучая из сил?

— Если не вмешиваются местность, некомпетентность или случайность, – подхватил Янагон.

— Да.

— Но самая могучая сила была у меня!

— Нет, – возразил Адолин, жестом указав на доску. – Самой могучей силой были мы с Мэй вместе. В этом и заключается урок, Янагон. В состязании один на один следует проявлять силу и при каждой выпавшей возможности захватывать господство. Однако в случае состязания на троих или больше ситуация иная.

— Две более слабые силы, – проговорила Мэй, – всегда объединятся против наиболее сильной. Демонстрируя свою мощь, вы становитесь мишенью, подталкивая противников забыть о разногласиях между ними. – Она принялась собирать фишки, любуясь детализированными серебристыми фигурками. – Мой отец очень много об этом рассуждал в период склок между великими князьями. При наличии десяти участников, где каждый выбирает сторону, может получиться та еще неразбериха…

— Иногда это называют «маневром Солнцетворца», – добавил Адолин. – Втягивание в бой третьей стороны при понимании, что в одиночку не справишься.

Янагон уставился на доску:

— Тогда… как мне следовало действовать?

— Играть более осторожно, – ответил Адолин. – Изображать слабость. Или рано заключать союзы. – Он сделал паузу и пожал плечами. – Или набрать столько мощи, чтобы в одиночку оказаться сильнее всех своих противников, вместе взятых. Это трудно, но тоже применимо.

— Звучит сложно, – заметил Янагон.

— Добро пожаловать в политику, – отозвался Адолин. – Две стороны на поле боя – это просто военное дело: они сражаются, пока одна не уйдет. Три стороны на поле боя – это переговоры: начинается совершенно другая игра. – Он покачал головой. – Если честно, я не люблю такое развитие. «Башни» с двумя игроками настолько проще, это как поединок. Тут решают действительно умения.

— Умения в области политики – тоже умения, – заметила Мэй.

— С которыми у меня плохо. Меч против меча куда как чище. – Адолин поднял взгляд на Янагона. – Но послушайте, игра пытается воссоздать реальное поле боя, и в данном случае это удается. Увеличение числа игроков все запутывает. Усвойте этот урок.