Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 264 – Брендон Сандерсон

Янагона охраняли несколько лучших азирских военных. Эти шестеро солдат, вероятно, мало что изменили бы на поле боя, и Адолин не предлагал их отослать, хотя сам на месте Янагона немедленно сделал бы именно так.

— Мне показалось, что на этот раз вы по-настоящему старались победить, – сказал Янагон, – и все равно я выиграл!

— Выиграли, – отозвался Адолин. – Причем мастерски.

— Правда, вы вытягивали только карты помех, – заметил император. – Это в большей степени везение, но все же – это первая партия с равными условиями, которую я выиграл!

— Вы справляетесь все лучше и лучше, – сказал Адолин и задумался. (Пожалуй, пора.) – Мэй, не хотите присоединиться к нам на партию?

Она подняла взгляд, оторвавшись от разговоров по даль-перьям. Она на всякий случай надела мундир; на соседнем с ней стуле висела длинная кольчуга, а рядом стояла пара кожаных поножей. Она окинула игровую доску взглядом в своей аналитической манере и кивнула. Адолин знал, что она играет с отцом. Собственно говоря, они пару раз играли вместе – в тот период, когда не-встречались. Она была неплохим игроком. Не из лучших, но весьма способным.

— Конечно, – ответила она. – Если вы изволите спросить его королевское величество, устроит ли его это.

— Передайте ей, что я буду польщен, – сказал Янагон. – Моя первая партия на троих! Я готов.

Мэй подсела к столику, и Адолин принялся раскладывать карты и фигурки. Они начали игру, и Янагон, которому не терпелось снова проявить себя, ухватил инициативу, делая дерзкие и мощные ходы в начале. Ситуация на доске вскоре стала сложной.

— Есть новости из Уритиру, – сказала Мэй. – Расколотые равнины официально потеряны. Все наши войска отступили.

Адолин тихо застонал.

— Сможем ли мы получить подкрепление? – спросил Янагон, внезапно оживившись. – Могут ли эти войска прийти сюда?

Он выложил карту, затем заменил ее соответствующей фигуркой из набора, поскольку ее характеристики стали полностью известны.

— Я знаю, что Клятвенными вратами воспользоваться нельзя, но на Расколотых равнинах было много ветробегунов. Смогут они долететь сюда за ночь?

Мэй выложила собственные фишки, старательно не отвечая императору. До чего же странный танец все исполняют вокруг него!

— Хороший вопрос, – проговорил Адолин. – Мэй?

— Я попросила ветробегунов прислать всех, кого можно, – ответила она. – Они измотаны, как вы понимаете, но, судя по всему, кого-то к нам отрядят. – Она помедлила. – Адолин, вернулась ваша тетушка, но не отец. Светлость Навани не может заряжать сферы буресветом, а ее башнесвет слишком быстро истекает и из людей, и из самосветов. Запасов хватит на отправку всего нескольких ветробегунов, и им потребуются часы, чтобы добраться сюда на одинарном сплетении.

Адолин постарался ободрить себя надеждой, что они прибудут вовремя, но обнаружил, что оптимизм призывается с трудом. Он слишком долго надеялся на подход азирских подкреплений. Он взглянул вверх, услышав вдалеке звук рогов, но это еще не был призыв раненых. Всего лишь предупреждение, что новых смен больше не будет. Этой ночью никому не доведется поспать. Как ни печально, лучше отправлять в бой измотанных солдат, чем никаких.

Янагон выставил следующую фишку, тем самым заняв господствующее положение на доске. Он откинулся назад с довольным видом – и вполне заслуженно. У него выходило ловчее, чем у Адолина и Мэй. Тем приятнее было наблюдать его полнейшее недоумение, когда за следующие полчаса его методично разгромили.