Книга Пешка бронзового века, страница 83 – ИМП

Он выключил сканер, развернулся и пошёл обратно в пещеру, стараясь больше не мешать им страдать от гипотермии, авитаминоза и прочих не самых приятных заболеваний, которые они, по всей видимости, предпочитали терпеть из религиозных соображений.

Заодно он наконец нашёл объяснение тому чувству неправильности, которое преследовало его с первой минуты знакомства с девушками и теми убитыми мужчинами. Они выглядели как аллурианцы, но вели себя не как аллурианцы: не имели простейших систем, не понимали стандартной речи, не использовали связь, убивали холодным оружием, носили шкуры, кости и грубые ткани.

Теперь это укладывалось хоть в какую-то схему.

«Попытка связи с административными системами, специальными службами и военными базами провалена. Связь отсутствует на всех возможных диапазонах», — в очередной раз сообщила система, продолжая попытки достучаться хоть до кого-нибудь.

И вот это уже не укладывалось.

Седьмой знал из курса подготовки, что у каждой населённой планеты должен быть минимум наблюдательный пост, а чаще орбитальная станция или сеть спутников, если, конечно, рархи не нападали и не вычищали всё. Но эта планета не походила на захваченную рархами. Хотя что он видел? Лес, гору, диких зверей, несколько странных гражданских, троих вооружённых мужчин, пещеру с костями.

Их бот, летевший на обломке линкора, могли принять за космический мусор. По факту это почти так и было. Поэтому системы противокорабельной и планетарной обороны могли промолчать, а высадка пройти незамеченной. Но почему они до сих пор никак себя не проявили? Система постоянно посылала запросы. Их должны были обнаружить. Должны были ответить. Должны были хотя бы зарегистрировать аварийный сигнал.

Странностей было слишком много.

А сержанта, который принимал бы решения и раздавал указания, не было.

Зато был целый генерал Квир Сан.

Седьмой посмотрел на закрытое маской лицо старшего офицера. Из-за этого, наверное, в голову и лезли разные мысли. Приходилось учиться думать самостоятельно. Он боялся признаться самому себе, что ему это нравится.

Седьмой включил сервисный режим, ПЕХ осел, когда ноги привычно разделились, образовав четырёхточечную опору. Затем отдал команду ПЕХу на расстыковку. Заряд батарей был не бесконечен, а значит, его следовало экономить. ПЕХ с жужжанием начал раскрываться. Внутренние фиксаторы разомкнулись, грудные плиты ушли вперёд и вверх, секции рук раскрылись до локтей, ног — до колен. В нос ударил знакомый резкий запах геля.

Комбинезон под бронёй был влажным, кожа липла, и вместо душа Седьмой решил выйти под ливень, чтобы хотя бы сполоснуться. Его глазам хватало естественного света, чтобы видеть путь, и он направился к выходу.

В этот момент в проёме появились аллурианки.

Седьмой остановился. Чтобы их не беспокоить и не мешать их самоистязанию, он отошёл в сторону, пропуская.

Старшая, видимо, уловила резкий запах геля. Она слепо зашарила руками перед собой, наткнулась пальцами на его плечо, вскрикнула и отдёрнула руку, словно обожглась. Потом заговорила на своём странном языке. Вторую девушку она держала за локоть. Обеих бил озноб. По щекам текли слёзы, одежда насквозь промокла, висела лохмотьями. На поясах у них были повязаны верёвки, по всей видимости, снятые с тех убитых мужчин, как и различные палки, ножи и прочие примитивные предметы.