Книга Пешка бронзового века, страница 71 – ИМП

Рядом мелькнула вторая рожа, с намалёванным на лице черепом. Чёрна ударила снова, ниже, в грудь. Попала туда, куда хотела. Шурах засучил ногами, ухватился за копьё обеими руками, но она подалась вперёд всем телом, чувствуя, как наконечник уходит глубже.

Малка отдёрнула её только тогда, когда оба шураха уже не шевелились.

Чёрна отпустила древко. Посмотрела на Малку, потом на парня, стоявшего рядом, и вдруг замерла окончательно.

Теперь, когда смерть отступила хотя бы на несколько шагов, она смогла рассмотреть его лучше. Лицо молодое, чужое, слишком гладкое для воина, но взгляд внимательный. Одежда непонятная, без швов там, где они должны быть, без завязок, без пояса, без привычных складок. А в правом ухе у него торчало что-то маленькое и странное.

Чёрна вздрогнула, когда в этой вещи появились огоньки.

Синий и зелёный. Они будто выглянули, дразня, и снова спрятались.

«Быть того не может».

Таких людей не бывает. Не может быть человека, который падает с горы, не разбивается, не боится стрел, и носит в ухе светляков.

Малка была права: перед ней стоял дух.

Чёрна посмотрела на мёртвых шурахов, и из неё помимо воли вырвался короткий, почти беззвучный смешок. Рогатые так и не поняли, с кем связались. Только почему он не добил их сам? Оставил ей? Им? Проверял, смогут ли?

Она покосилась на Малку.

Нет, эта бы не смогла. Мелкая ещё, хоть и свободная. Смелости в ней хватало, но рука дрогнула бы. Не то что её мать Веда, которая могла вломить палкой любому родичу, если считала себя правой. Веду боялись. А эта стояла рядом, держалась за край Чёрниной мешковины и смотрела на духа с таким видом, будто страх и любопытство дрались в ней насмерть.

Дух распрямил плечи. Вытянулся, словно палку проглотил, приложил сжатый кулак к груди и снова заговорил.

Чёрна слушала, ничего не понимая. Он говорил всё так же певуче, красиво, будто слова у него были не словами, а звуками ручья на камнях. В них слышался порядок, смысл, даже требование, но смысл этот не давался.

— Ты знаешь этого духа? — тихонько ткнула она Малку локтем. — Что он говорит?

— Не знаю я, — пискнула та. — Мама про таких не рассказывала. И я не понимаю. Он будто поёт.

— Может, заговор какой?

— Может.

— А о чём с духами вообще говорят?

Малка задумалась, не сводя глаз с парня.

— Мама говорила, что можно защиты просить. От сглаза, от болезни, от дурной дороги. Добрые духи иногда выводят, если заблудишься. Могут зверя отогнать. Могут сон послать.

— А зачем он так стоит? — Чёрна кивнула на сжатый кулак у груди. — Ритуал?

— Не знаю. Похоже.

Дух замолчал. Опустил кулак, встал свободнее и стал ждать.

Это ожидание оказалось хуже речи. Чёрна вдруг почувствовала себя глупой, грязной, босой, в мокром резаном мешке, перед существом, которое только что спасло им жизнь и теперь, наверное, ждало правильных слов.

— Делать-то что? — прошипела она. — Ты дочь Веды. Вы с духами общаетесь.

— Не знаю я! — Малка мотнула головой. — Мать заговорам учила, травам, амулеты нашёптывать. А чтобы так, с самим духом во плоти говорить, не учила.

Чёрна поняла, что толку от Малки сейчас не будет, и попыталась вспомнить, как стоял дух. Выпрямилась, расправила плечи, сжала кулак и приложила его к груди.

Вроде всё правильно.

Но дух, увидев это, нахмурился.