Книга Сквозь Мглу, страница 19 – Ник Юхарт

— Что думаешь, Рэм? — холеный ублюдок повернулся к спутнице.

Та морщила свой идеальный носик. То ли от меня так несло, то ли ее мозг скрипел от напряжения.

— Ныр… Вэйкор? — ее голос лязгнул металлом.

— …Да.

— Хорошо, Вэйкор. А теперь стой смирно.

Она сняла перчатку. Обнаженная ладонь — неестественно бледная, с просвечивающей сеткой голубых вен — метнулась к моему лицу.

Ледяные пальцы обхватили мой череп. Большой палец вдавился в висок, словно она собиралась выдавить мне глаз.

— Не сопротивляйся, — шепнула она. — Я просто… загляну.

В следующую секунду мне показалось, что в ухо залили кипящий свинец. Мир дернулся и поплыл. Я почувствовал чужое присутствие — скользкое, липкое щупальце, которое бесцеремонно продиралось сквозь мои мысли, вороша память, как кучу гнилого тряпья. Меня скрутило от тошноты.

И тут её сытая прогулка по моим мозгам накрылась медным тазом.

Девушка вдруг замерла. Её идеальное лицо исказила судорога, словно она надкусила что-то живое и ядовитое. Щупальце в моем мозгу дернулось, пытаясь отпрянуть, но было поздно.

— Чт… — начала она, но голос сорвался на визг.

Внутри проснулся ответный гул. И это пугало больше всего — звуки точно не принадлежали моей голове. Сознание накрыло вибрирующим инфразвуком какого-то колоссального, невидимого механизма. В уши с размаху ударил скрежет миллионов невидимых шестеренок, перемалывающих всё в пыль, вой ветра в бесконечных шахтах и давящее дыхание самой породы. Хрен знает, откуда в моей башке вообще взялись эти образы, но они транслировались напрямую в синапсы, выжигая остатки здравого смысла. И судя по тому, как отшатнулась Рэм, для неё этот ментальный выплеск стал глотком чистого, концентрированного безумия.

— Прекрати! — взвизгнула Рэм, хватаясь за виски.

Раздался влажный, тошнотворный хруст — будто внутри её носоглотки лопнул перезрелый фрукт.

Её голова мотнулась назад. Из левой ноздри толчком, как из пробитой гидравлики, выплеснулась густая, почти черная струя крови. Она заляпала её безупречный воротник, расплываясь безобразными кляксами. Но хуже всего были глаза. Капилляры не выдержали давления и белки мгновенно залило алым, превращая взгляд в сплошное кровавое месиво. Из уголков глаз потекли красные дорожки, смешиваясь с тушью, превращая лицо прекрасной, фарфоровой куклы в маску плачущего монстра.

— Рэм! — Джулиан оказался рядом с ней смазанным рывком.

Девушку била крупная дрожь. Она согнулась пополам, её рвало кашлем.

— Убери его! — булькнула она, сплевывая на камни вязкий сгусток слюны пополам с кровью. — Шум… там внутри…!

Меня самого мутило. В ушах стоял звон, а носом пошла кровь — отдача от её «вторжения». Я вжался в искореженный металл контейнера, глядя на то, что сотворил, сам не понимая как.

Джулиан медленно повернул голову ко мне. В его взгляде больше не было ни скуки, ни насмешки. Только бешенство и… опаска. Так смотрят на кусок урана, который по глупости достали из реактора голыми руками.

— Что ты с ней сделал, выродок? — голос стал тихим, рокочущим от угрозы.

— Я… я ничего не делал! — прохрипел в ответ, вытирая лицо рукавом. — Ни черта не понимаю!

Гул утих, оставив в черепе только звон и полное непонимание того, откуда в мозгах взялась эта камнедробилка, превратившая девицу в кровавый фонтан. Смертельно хотелось верить, что это разовый глюк, а не начало конца, потому что с такой «музыкой» внутри, меня точно пустят на фарш.