Книга Последний берег, страница 8 – Олег Плескач

Охотники ходили на разведку и на юг, когда море замерзало, и на восток, и на север. Дальше тридцати-сорока километров — зловещий туман шевелящейся и гудящей стеной поднимался до небес.

Про странную и жуткую аномалию, окружавшую полострова, поселенцы узнали лишь на второй год жизни в своем новом прибежище. О ней рассказали охотники, ходившие в разведку, но Максим эту историю вместе со всеми не слышал, так как лежал дома с шиной на ноге. Ему потом ее рассказал Влад, успевший с теми охотниками сдружиться и ходивший тогда вместе с ними:

— Пройдешь полдня на север от Посёлка и видишь на горизонте что-то типа занавеса — высоченного и бескрайнего. А оттуда — гул и свист. Чем ближе подходишь — тем холоднее. И по суше, и на юг по воде — одно и то же. Реально занавес. Летом, по воде, на шлюпках пытались пробраться — начинаются льды и та же хрень на горизонте, натурально — занавес.

— А как ты-то выжил, если ходил туда и все это видел? — недоумевал Макс.

— Мы разделились — я с корешем остался снаружи, метрах в трех, а четверо пошли вперед, прямо в этот туман. Ведущий себе к поясу веревку привязал, остальные за нее взялись, а за другой конец веревку держим мы. Договорились — если через пять минут они не вернутся, тянуть веревку на себя. Мужики собрались с духом, кто перекрестился, кто три раза сплюнул, и вошли в это белое «никуда». Стоим, ждем их, веревка натянута — значит, еще идут. Прошло пять минут. Мы сначала просто подергали веревку — в ответ с той стороны никто не подергал, и мы потянули на себя. То есть, я тяну, а кореш ружье взял и прицелился туда, куда веревка уходила. Тяну-тяну, поначалу веревка нормально идет, не быстро, но и не очень туго — ясно, что она к человеку привязана, но силой ее никто не удерживает. Тянул я долго, под конец стало туго, я потянул сильнее. И вдруг в последний момент веревка вылетает из тумана прямо на меня. Я аж навзничь завалился. Одна веревка — и никого. Причем, веревка целая, как новая, необрезанная, будто ее просто из рук выпустили.

— То есть, они сперва возвращались обратно, а в последний момент бросили ее и испарились?

— Выходит, что так. Хрен его знает. И ведущий как будто за секунду ее от себя отвязал. Мы даже кричать не стали — буря так ревет, что и выстрела не услышишь. А стрелять мы туда и не пробовали.

— А прикинь, вы бы начали стрелять, и на вас бы вывалились их простреленные тела? Как в фильме ужасов каком-нибудь.

— Мы вернулись, а когда пошли в следующий раз, договорились тянуть через минуту, а не через пять. Пошло четверо по веревке вперед, а через две минуты вернулись — все лица краснющие, обмороженные. Тот, что впереди шел, сказал, что прошел сто шагов, и с каждым шагом все холоднее, а под конец и вовсе, будто в жидкий азот ныряешь. И вдоль всего острова так — что от нас, что от Деревянных Гор, что от столицы. Только от столицы путь заказан на запад, а не на восток, как у нас. А так — что к югу, что к северу, одинаково. Вот так! Жители других поселков тоже пытались пройти, много раз пытались, много смелых ребят потеряли и по итогу на эту затею забили. Хотя все поселки высылают отряды — патрулировать местность, граничащую с этой «стеной».

Максим эту историю запомнил, но сам пойти туда не решался. Он иногда ходил на охоту, но до окраин пригодной для жизни территории так и не доходил. Сначала родители отговаривали, а потом и самому расхотелось.