Книга Боец, страница 68 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

— Благодарю, – кивнул Меншиков и вышел первым.

Ермаков тоже не стал задерживаться и, выждав некоторое время, чтобы разминуться со своим вечным оппонентом, попрощался.

— Спасибо за участие, – поблагодарил он с серьезным видом. – Это действительно очень ценно, учитывая все происходящее.

Когда за ним закрылась дверь, Иван хмыкнул:

— Так, глядишь, подружатся.

— Не того ли добивался его величество, назначая Нарышкину в жены Меншикову? – усмехнулся я.

— Ну, скажем так… – Иван помедлил с ответом. – Такого результата точно никто не ожидал.

— Думаю, просто никто не мог оценить потенциал Максима по-настоящему, – высказал свое мнение я. – Полезный ресурс. И полезнее он будет главой рода и лидером Свободной фракции.

— Иллюзия оппозиции? – удивился Иван.

— В точку, – щелкнул я пальцами.

— Хм, – задумчиво протянул наследник престола.

— Кстати, о Свободной фракции. Что ты можешь рассказать мне про Распутиных?

— О-о-о… – протянул цесаревич. – А что тебя конкретно интересует? Или это ты с Николаем так тесно пообщался? – Иван кивнул на мой потрепанный пиджак.

— Не с Николаем, – покачал я головой. – Скорее с последствиями его творческой деятельности.

— Надо же. Хм. Думаю, здесь стоит начать с того, что технически Распутины не принадлежат ни к Императорской, ни к Свободной фракции.

— Центристы? – удивился я.

— Говно в проруби, – буркнул Иван себе под нос, а затем в полный голос ответил: – Да, что-то типа центристов. Официально они заявляют, что не принадлежат ни к одной из партий, но по факту ты и сам видишь, что Распутин-младший трется возле Свободной фракции перманентно.

— Ну, к ним же, наверное, проще всего попасть, – пожал я плечами. – Достаточно на входе рассказывать, как ты мечтаешь свалить из Россеи на благословенные Британские острова, и все, считай, клубная карточка получена.

— Э, не, – усмехнулся цесаревич, покачав головой. – Меншиков-старший всякую бесполезную шушеру для массовки на баланс брать не станет. Если ты внимательно посмотришь, то заметишь, что основной костяк Свободной фракции – это довольно сильные, старые рода. Кто-то из них бережно хранит недоброе слово государя, сказанное с десяток поколений назад, как повод быть в оппозиции. Кто-то имеет призрачные права на престол, но очень этим гордится и считает, что сделает все лучше. А что может быть лучше, чем быть в оппозиции? Ну а кто-то просто имеет с этого приличный доход, и им выгоднее быть там, чем здесь. А есть такие, как Распутины. Они наживаются на том, что сталкивают одних с другими, и пока стороны грызутся, утаскивают в свою крысиную нору чужую добычу.

Я потер затылок, обдумывая сказанное. И подвёл итог:

— Знаешь, это все равно как-то непрозрачно. Я тут побеседовал с Дантесом…

— А-а-а, – понятливо протянул цесаревич. – Выжил?

— Ну что ты, как можно, – усмехнулся я и тут же вернулся к теме. – Так вот, побеседовал с Дантесом. И он мне на своей предсмертной исповеди поведал, что для дуэли со мной его нанял Распутин. Вот скажи мне, твое высочество, на кой я ему? Я ж имею не то что околонулевой, а практически отрицательный политический вес.

— Неверно, – покачал головой цесаревич. – Тебя Ермаков пригласил в Императорскую фракцию. Бортануть тебя хорошенько – и Ермаков впишется за тебя в любую разборку, как за своего человека. Впишется Ермаков – зеркально должен вписаться и Меншиков. И вот тебе готово искусственное создание прямого конфликта. А где прямой конфликт, там обязательно будет личное. А где личное, там обязательно эмоции. А люди во власти эмоций – максимально управляемые. Логику понимаешь?