Книга Виват Россия!, страница 117 – Андрей Булычев

— Сергей, ты тогда в квартирмейстерство ступай, а мы с Живаном на приём, – передавая поводья подбежавшим солдатам, произнёс Алексей. – И поспрашивай там про Ильюшку, пожалуйста, только аккуратно. Его Низовской полк в недавней битве, говорят, храбро сражался, потери понёс. Душа не на месте. Соваться самому с расспросами, сам понимаешь, неправильно, папенькин сынок, скажут. Да и он настоятельно просил этого не делать. Тебе-то оно проще, и внимание не привлечёт так.

— Можешь даже не объяснять, Алексей, всё понимаю, – негромко сказал Гусев. – Сам думал штабных из его полка расспросить. Ты не волнуйся, ничего с нашим Ильюшкой не случится.

— Дай-то Бог, – вздохнув, промолвил Алексей.

— Господа, хочу вам объявить, что с сегодняшнего дня при нашей армии присутствует великий князь Константин Павлович! – провозгласил, когда собрались все генералы, Суворов. – Пожалуйста, ваше высочество! – И вперёд выступил среднего роста, слегка сутуловатый, со вздёрнутым носом блондин, с орденами на синем, отделанном золотыми галунами двубортном кафтане и золотым аксельбантом на правом плече.

— Для меня большая честь служить с вами, господа, – произнёс, вежливо поклонившись, князь. – В моём лице государь император изъявляет вам своё высшее благоволение. Павел Петрович верит, что союзная армия стяжает славу на полях сражений и очистит все итальянские земли от неприятеля. Я же сам буду находиться в армии на правах простого волонтёра и не намерен ни в чём стеснять ни самого главнокомандующего. – Константин, повернувшись, почтительно склонил голову перед Суворовым. – Ни его уважаемых генералов. – Снова кивок всем стоявшим перед ним.

— С великим князем прибыла и свита из двух десятков человек, – продолжил представление Александр Васильевич. – И в первую очередь это мой давний боевой товарищ, коего многие из вас уже знают по прошлым кампаниям, – генерал от кавалерии Вилим Христофорович Дерфельден.

— Хороший генерал, – прошептал стоявшему рядом Живану Егоров. – Умный и отважный. Помнишь, как под Фокшанами монастырь с ним брали? Чуть было обрушившейся стеной его не придавило.

— Помню. И под Бырладом, и под Варшавой отважно действовал. Повезло нам. Для Александра Васильевича хорошим помощником будет.

— Это да, – согласился Алексей. – Поладят.

— А с ним и генерал-майор граф Павел Андреевич Сафонов, адъютанты Комаровский Евграф Фёдорович и Ланг Фридрих Генрихович… – перечислял стоявших подле князя Суворов.

— А Сафонову-то и генерала, и графа дали, – пробурчал находившийся рядом Розенберг. – А кого он больше батальона водил? Паркетник. Ладно, пускай, лишь бы нос в армейские дела не совал…

После церемонии представления, как всегда, деятельный генерал-фельдмаршал попросил всех присутствовавших пройти в соседнюю залу, дабы объявить о ближайших планах кампании перед большой картой.

— Господа, на берегах Адды Моро получил сильный, но вовсе не смертельный удар! – оглядывая всех, кто был перед ним, произнёс громко Суворов. – Увы, нам не хватило быстроты и натиска, того, о чём я столько уже раз говорил. Ну да не будем здесь об этом, сейчас я хочу довести до вас сложившуюся диспозицию всех сил в Италии и своё видение, как нам надобно далее действовать. Мы здесь – это Милан! – Он ткнул указкой в точку на карте. – В тридцати верстах южнее нас с запада на восток течёт главная река всей северной Италии под названием По. Армия Моро сейчас изгнана за неё из Ломбардии, и на берегах стоят только лишь усиленные посты. Основные же силы генерал сосредоточил тут, тут и тут. – Суворов ткнул южнее речного русла. – Придворный военный совет в Вене ждёт от меня стремительного марша к Турину, до которого сто сорок вёрст. – Фельдмаршал показал на запад. – И скорого занятия его. Понять его желание я могу. Турин – это столица Пьемонта, он словно бы дверь в Италию с запада и имеет наикратчайшее расстояние к французским Греноблю и Лиону. Казалось бы, займи Турин – и закрой ту дверь, через которую поступают подкрепления неприятеля. Но всё не так просто, господа! – воскликнул главнокомандующий, подойдя прямо к стоявшим отдельной кучкой австрийским генералам. – Западней его полукругом проходят южные отроги Альп, а солдаты ещё не научились перелетать через перевалы, да и Ганнибала с его славными войсками сейчас нет! Вот, вот она, та дорога, господа, по которой в Италию поступают все подкрепления французов! – Он провёл указкой вдоль берега моря. – От Марселя до Генуи и уже тут далее на юг к Неаполю, где стоит с армией Макдональд или на север к Алессандрии, где как раз и сосредоточены основные тылы Моро. И не отогнав последнего к морю, не нарушив ему снабжение, а уйдя к Турину, мы получим что?! Получим рассекающий удар с юга на север! – крикнул он, буквально хлестнув по карте указкой. – Завязнув под Турином, мы потеряем Милан и всю Ломбардию! Все пути снабжения наши будут отрезаны, а мы сами будем окружены со всех сторон неприятелем! Поверьте, я бы на месте Моро именно так и сделал! Именно потому, я полагаю, он и отвёл свои основные силы от берегов По ближе к Алессандрии, тем самым показывая «я не намерен угрожать вам, идите и атакуйте этот Турин!».