Книга Любовь и годы. Вдали от Родины, страница 4 – Марина Павловская

А через несколько дней ее увезли в Германию. Спрятать племянницу не удалось. Девчонок с городка сразу согнали в здание школы на площади и велели родным собрать теплые вещи. После десятидневного утомительного пути эшелон с молодежью прибыл в Эрфурт. Их было около ста, молодых женщин и девушек, которых разместили в холодном бараке. Жесткие нары, никакого белья, одеял и подушек. Не было воды, кроме той, что капала с крыш дождливыми осенними вечерами. Раз в неделю – пропахший дезинфекцией душ. Оборванные неприбранные женщины являли собой грустное зрелище. Кроме двух – трех офицеры не соблазнялись ими.

Лилю. и здесь выделявшуюся своей красотой, сразу заметил начальник лагеря, штурмбанфюрер Шток. После осмотра врача по его приказу солдаты отвели Лилю к нему. Девушка провела в его квартире две долгих недели, днем спала под замком, а ночью. Стиснув зубы, задыхалась в объятиях толстого волосатого штурмбанфюрера. Он пил сам. заставлял пить Лилю, потом раздевал ее и глумился над ней при ярком свете лампы, наслаждаясь ее стыдом и слезами.

Солдаты из охраны не брезговали ничем, их не смущали неумытые лица пленниц. Заступая в караул, они с автоматами наперевес проходили между рядами нар, где, сжавшись от страха и бессилия перед мучителями, сидели женщины. Приглянувшихся заставляли раздеваться и насиловали тут же, на глазах у всех.

Среди молодежи неизвестно как оказалась четырнадцатилетняя школьница из Минска Наташа, удивительно милая синеглазая девочка. Как-то она еще не попадалась на глаза охранникам, женщинам удавалось прятать ее. Но вот однажды солдаты обратили на нее внимание.

— Смотри. Курт, какой милый котеночек. Мяу-мяу, - загоготал один и облапил девочку. – Ты когда-нибудь спала с мужчинами, крошка?

— Сейчас мы ей покажем, как это делается. – ухмыльнулся второй и стал стаскивать с нее кофточку и платьице.

Наташа, уже видевшая насилие над старшими подругами, закричала, забилась в сильных солдатских руках.

— Пустите! Пустите меня! Мама-а-а!

Тут не выдержали женщины, они накинулись на немцев, пытаясь оттащить Наташу.

— Не трогайте ее, пустите! Она ребенок, ей четырнадцать лет… Маленькая… кляйн…

Два солдата защелкали затворами автоматов и отогнали пленниц на несколько шагов, не давая подойти. А Курт сорвал с девочки последнюю одежду. Наташа стояла совсем голая, худенькая, длинноногая, беспомощно торчали косички. Ее трясло от страха. Солдат повалил девчонку на нары и набросился на нее, расталкивая коленями ноги.

Толпа женщин под дулами автоматов молча смотрела на насилие. В полной тишине раздавались лишь детские вопли. Через несколько минут Курта сменил один из солдат. Наташа страшно кричала, наконец, охрипла. Но все трое солдат, не обращая на это внимания, закончили свое дело и с хохотом удалились.

Бесчувственная девочка лежала на досках истерзанная, губы ее. шея и маленькие груди были искусаны до синяков, ножки бесстыдно раскинуты в стороны. Женщины тщетно пытались привести Наташу в чувство, потом прикрыли ее тряпьем и молча разошлись.

Наутро девочка с трудом встала и принялась голая бегать по бараку, прыгая и визжа. Она сошла с ума. Вечером ее пристрелили во дворе.

Часто в лагерь приезжали хорошо одетые люди, военные и штатские. Они покупали себе работниц. Однажды заехал Рутенберг. Он хорошо знал Штока, и тот по дружбе предложил ему Лилию. Девушку привели в кабинет начальника, заставили раздеться, и старый барон долго и придирчиво осматривал ее красивое тело. Затем он увез ее в свое имение.