Книга Из ЖКХ в маги, страница 27 – Виктория Крафт

Но первым делом надо раздобыть справочник законов. И точно всё узнать. Потому что без знаний я — слепой котёнок. А с знаниями — я инженер. Инженер всегда найдёт решение.

Я закрыла дверь и пошла в дом. Рудольф уже стоял у бабкиной комнаты и заглядывал внутрь.

— Здесь мило, — сказал он. — Очень мило. Я распоряжусь, чтобы привезли мои вещи. Завтра.

— Распоряжайтесь, — сказала я. — А я пока займусь хозяйством. Куры не кормлены.

Я вышла во двор и направилась к сараю. Куры были кормлены, но я всё равно открыла им дверь и высыпала лишнюю горсть зерна. Пусть клюют. Им полезно. А мне нужно было подумать.

План «Как избавиться от опекуна». Или хотя бы — план «Как с ним ужиться и не дать испортить мне жизнь». Первым пунктом шёл справочник законов. Вторым — баня. Потому что баня — это святое. Даже Рудольф Скабиус, скользкий, как мокрое мыло, не помешает мне построить баню.

— Ничего, — сказала я курам. — Выживем. Не с такими выживали.

Куры согласно закудахтали. Им Рудольф тоже не понравился.

Утро началось с того, что Рудольф потребовал завтрак.

Я как раз вышла из дома с ведром — собиралась набрать воды, умыться, покормить кур и начать день. А он стоял на пороге бабкиной комнаты, в халате — откуда только взял халат? — и смотрел на меня с выражением лёгкого недоумения.

— Госпожа Алевтина, — сказал он, — а где завтрак?

Я поставила ведро и выпрямилась.

— Кухня там, — сказала я, кивнув в сторону печи. — Продукты в шкафу. Готовьте.

Он моргнул.

— Но я полагал...

— Вы полагали, что я буду вам готовить? — я подняла бровь. — Господин Скабиус, я нахожусь под опекой, а не в прислугах. Это разные вещи. Если вы хотите есть — вы можете приготовить себе еду. Или подождать, пока я приготовлю себе. Я с вами поделюсь. Но обслуживать вас я не нанималась.

Он поджал губы, но ничего не сказал. Я взяла ведро и вышла. За моей спиной хлопнула дверца шкафа — кажется, он всё-таки полез за продуктами. Ну и славно. Пусть учится. Взрослый мужчина, в конце концов. Должен уметь хотя бы хлеб отрезать.

День покатился своим чередом. Я покормила кур, полила огород, разобрала травы для новой партии мазей. Рудольф крутился рядом — то выходил во двор, то возвращался, то сидел на крыльце с папкой и делал вид, что читает документы. На самом деле он за мной следил. Я чувствовала это спиной.

Следит. Ну и пусть. Пусть смотрит, как я работаю. Может, чему полезному научится. Хотя вряд ли.

В обед он снова заикнулся про еду.

— Госпожа Алевтина, не пора ли обедать?

— Пора, — согласилась я. — Готовьте.

— Но я не умею.

— Учитесь. Я в ваши годы уже цех в две смены гоняла.

Он побагровел и ушёл в дом. Через полчаса я зашла на кухню и обнаружила его стоящим над горшком с кашей. Каша подгорела. Рудольф выглядел так, будто сражался с врагом и проиграл.

— Ладно, — сказала я, сжалившись. — Давайте покажу. Один раз. Дальше — сами.

Я показала ему, как варить кашу, как разогревать похлёбку, как резать хлеб. Он слушал с таким видом, будто я учила его высшей математике. Но через час на столе стояли две миски с кашей и яйца. Съедобно. Уже прогресс.

А вечером я поймала его в своей комнате.

Я зашла за нитками — и замерла на пороге. Рудольф стоял на коленях перед моим сундуком и рылся в нём. Сундук был открыт. Сверху лежало моё нижнее бельё — панталоны, чулки, сорочки. Он как раз вытаскивал одну из сорочек, когда я кашлянула.