Онлайн книга «Жена тёмного князя»
|
К реке я сегодня так и не пошла. Рыбы у меня было достаточно. На обед из слегка подсохшего рогоза я попробовала приготовить подобие то ли овощного рагу, то ли каши. Порезала корешки на очень мелкие кусочки и сварила в кастрюле. Соль я так и не нашла, и получившееся крахмальное месиво пришлось есть так. На вкус оно оказалось так же отвратительно, как на вид. И даже жареная рыба, которую я жевала вприкуску, не спасла ситуацию. Вот если б мне удалось найти соль… Но сегодня мне было не до нее… Копать ямки тоже пришлось тем же столовым ножом. Лопаты у меня не было. Хотя земля на склоне была такой твердой и каменистой, что больше подошла бы кирка, а не лопата. Очень быстро я поняла, что шесть ямок, которые мне нужны были по плану, я буду копать до морковкиного заговенья. Надо было срочно что-то придумать: либо найти кирку, либо пересмотреть проект шалаша. Я выбрала второе. Небо надо мной становилось все ниже и темнее. Повезет, если дождь пойдет только к вечеру. Надо было поторопиться со строительством, ведь мне нужно было еще набрать дров на всю ночь. Поэтому я пошла самым простым путем. Расчистила приствольный круг нашего дерева от камней, обломков веток и остатков прошлогоднего бурьяна. Наломала побольше мелких прутьев, чтобы приподнять над землей нашу «постель». Сверху накидала сухой травы, чтобы было помягче лежать. Теперь нужно было сделать самое сложное — перенести Бориса. Он все так же был без сознания. Я присела рядом… Погладила кончиками пальцев по лицу, отметив, что мои руки за такое короткое время покрылись множеством царапин, синяков и ссадин. Неровно обломанные ногти, вырванные заусенцы, кровоточащие мозоли на ладонях… Может быть хорошо, что Борис все еще не в себе и не видит, в кого я превратилась за эти несколько дней. Мои волосы стали жирными и спутанными, они давно забыли про мыло и расческу. Кожа головы жутко чесалась. Иногда мне даже казалось, что там поселились насекомые, и тогда зуд становился просто нестерпимым. А о том, как выглядит мое лицо, я даже думать не могла. Даже, наверное, хорошо, что у меня не было зеркала. Слезы снова полились сами. Я вытерла их тыльной стороной ладони, шмыгнула носом. — Пузик, — прошептала, подзывая псица, который все это время вертелся под ногами и жалобно скулил, чувствуя мое настроение, — давай попробуем положить Бориса под дерево… До импровизированной постели было всего пару шагов. Я попробовала катить Бориса, но быстро отказалась от этой идеи. Он был слишком большим и тяжелым. А еще нога… когда я попробовала его перевернуть, он застонал, так и не приходя в себя. Тогда я подхватила его под мышки и медленно, вкладывая всю себя без остатка и чувствуя, как в безумном напряжении почти рвутся мышцы живота, буквально по несколько сантиметров за один шаг, потащила его к дереву. Это оказалось совсем не легче. Вес Бориса ничуть не изменился. Но зато он не стонал… хотя, возможно, это было вовсе не потому, что так ему было не больно. Взгромоздить тело на кучу веток оказалось еще сложнее. Прутья расползались в стороны, приходилось каждый раз подкладывать их под Бориса заново, слегка приподнимая его. Когда, наконец закончила, свалились без сил. Ноги гудели, низ живота неприятно болел, а руки, казались, вытянулись до самой земли. Я хватала ртом воздух, чтобы отдышаться. Но никак не могла насытить тело достаточным количеством кислорода… |