Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 116 – Виктория Виноградова

Я это когда слушала, пошевелиться боялась. Мне казалось, что я сплю. Господи, да на эти деньги можно было целую лавку приобрести. Причем вместе с лекарем и лекарствами! А тут такие сумасшедшие деньги за одну девчонку.

Когда Маркус завершил торги, договорившись с женой судьи на тысячу восемьсот пятьдесят далариев, на мне лица не было. Разумеется, с этих денег нужно будет отдать долю Фогу: четыреста далариев — изначальная стоимость рабыни и пятьдесят сверху, в виде комиссии. Но даже после этого я смогу купить кучу рабов и сдавать их в аренду, как предлагал Маркус!

Ох… мне аж дурно стало. Честно, я не верила, что это происходит со мной на самом деле. И особенно пугало то, с какой легкостью арамерец проворачивал эти сделки.

Но это были лишь начало. После того, как было определено кому достанется Или-Тау, гостьи принялись расспрашивать, кто еще есть у меня в наличии. Причем, опять-таки, все обращались непосредственно к Маркусу, будто меня не существовало. А тот вновь удивил. Он не стал говорить, что у нас есть не пристроенный Дилизий, а туманно сообщил, что все рабы уже имеют хозяев и перекупить не выйдет. И буквально только с одним подвешенная ситуация. Потому что изначально его присмотрела для себя жена влиятельного сенатора. Причем, она приехала из самой столицы, но денег за Дилизия не вносила и пока лишь на словах выразила желание купить мальчишку. Поэтому формально раб еще свободен, но по факту столичная аристократка может явиться за ним в любой момент и продавать его не хотелось бы.

— Плачу за него две тысячи далариев! — выкрикнула Эльриния, которая до того, когда я сама рассказывала ей про раба, не выказала ни малейшего интереса.

А тут на тебе, две тысячи. Господи, эти люди сумасшедшие. Ей богу.

— Уважаемая, все понимаю, — разливался медом арамерец, — но не могу продать. Кроме того, за него уже обещано три с половиной тысячи. Юноша редчайшей красоты и на самом деле стоит значительно дороже, но мы сделали скидку покупательнице. Все-таки, сами понимаете, супруга сенатора.

Я шумно втянула воздух и присосалась к вину. Три с половиной тысячи. Откуда Маркус берет такие огромные суммы?

Я не могла на это смотреть. Для меня происходящее выглядело как насмешка над всем, что мне казалось правильным и справедливым. На фоне собравшихся я себя чувствовала нищенкой, для которой раб за пятьсот далариев казался немыслимой роскошью, доступной лишь знати. А оказывается, для них эти пять сотен были сущим пустяком.

Я не буду описывать торги за Далария, потому что от называемых сумм мне хотелось забиться в угол. С трех с половиной они дошли до шести! Господи… это как вообще? Шести тысяч далариев! Я даже в самые лучшие времена за год столько не зарабатывала! Я не представляла, что делать с такими деньгами. Куда их девать? На что?

И тут меня осенило. Если сделка совершится — я выкуплю Маркуса! Отдам столько, сколько потребует Эйстерия и выкуплю! Да хоть втрое больше заплачу — не важно. Пусть стерва ищет другой объект для издевательств. Все! Решено. Она не получит Маркуса.

Как можно заставлять настолько талантливого и умного мужчину свести жизнь к тупому прислуживанию? Это еще по началу, когда я плохо знала Маркуса, мне казалось, что передо мной простой солдат. Да, весьма добрый и заботливый, но умеющий лишь размахивать мечом. Однако события прошлых дней и сегодняшний аукцион, когда я своими глазами увидела, как Маркус проворачивает сделки, перевернули мое представление об арамерце.