Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 114 – Виктория Виноградова

— Хочешь сказать, что ты сейчас не притворяешься? — прищурилась Эльриния, вглядываясь в мое лицо.

— Нет, а зачем?

— То есть ты действительно не видишь, что к тебе испытывает этот раб?

Хм… Три сторонних наблюдателя против одного слова Маркуса. И сама я в какой-то момент тоже ведь начала подозревать его в чувствах, но потом он сбил меня с толку своим безразличием.

— У нас с ним буквально недавно был разговор на эту тему, — от Эльринии я не собиралась ничего утаивать, зная, что ей можно доверять любые секреты и они останутся неразглашенными. — Я его спросила и Маркус мне сам прямым текстом сказал, что в целом он был бы не против заняться со мной сексом, но не более того. Никаких романтических и уж тем более серьезных чувств он ко мне не питает.

— Так и сказал? — это удивило секретаршу.

— Фактически слово в слово.

— Знаешь, это так странно. Потому что я готова биться об заклад — у него к тебе чувства. А у меня очень хорошая интуиция в таких вещах.

Я призадумалась. Эльриния действительно славилась тем, что умела по одному только виду определять кто с кем в каких отношениях. Она могла прийти в незнакомую компанию и уже через несколько минут рассказать кто кого любит и кто с кем спит. При этом она сама не могла объяснить, как это делает. Она просто говорила, что видит это. И я не помню случаев, когда она ошибалась.

Если Эльриния увидела чувства у арамерца, а до этого Ликея заподозрила то же самое, и Дилизий это отметил, то, возможно, сестра градоправителя была права, сказав, что Маркус соврал.

— Слушай, а как ты определила? — мне стало любопытно.

— Не знаю… просто это так очевидно. Достаточно понаблюдать как он тебе вино подает, как отвечает. У него даже лицо меняется, когда он на тебя смотрит: уголки губ начинают ползти вверх. Буквально на секунды, после чего он, видимо, вспоминает что не должен проявлять эмоций. Но стоит ему забыться и глянуть на тебя — опять начинает невольно улыбаться. Вот даже сейчас, посмотри: он про тебя рассказывает и у него голос начинает сбиваться от волнения. Так что я могу поклясться на алтаре Далара — он очень сильно тебя любит.

Теперь и я начала внимательнее приглядываться к Маркусу. Стоило мне посмотреть ему прямо в глаза, как он чуть заметно улыбнулся и тут же отвел взгляд.

Погодите… но тогда зачем он сам опроверг это?

Чтобы…

Ну, конечно! Я четко дала понять, что не рассматриваю его для серьезных отношений, уезжать с ним в Арамерию не собираюсь и вообще для меня он всего лишь чужой раб, от которого я скоро избавлюсь. А он, получается, все это время меня любит?

Ох…

Тогда все сходится. И то, с какой яростью он защищал меня перед бандитами. И как потом ради меня побежал договариваться с работорговцами. Причем, зная, что мы не будем вместе, что я не собираюсь покидать империю. Мог спокойно оставить все как есть, раз я не хочу быть с ним, но вместо этого решил помочь мне с работой.

А поняв, что я не испытываю к нему чувств, счел, что самым лучшим будет молчать о своих.

И почему я поверила словам Маркуса, что все это он делает исключительно из дружеских побуждений?

Хотя как было не поверить? Когда нужно, арамерец умеет быть убедительным.

Вот же рамонов манипулятор! И ведь как он ловко демонстрировал безразличие все последние дни.