Онлайн книга «Любовь оборотня»
|
К тому времени стемнело. Из окон увеселительных заведений лился приветливый свет, улицы озарялись круглыми яркими фонариками, украшавшими фасады домов. Тут и там звучали зазывные крики торговцев, приглашавших отведать сладостей, купить воздушного змея, черепаховый гребень для девушки или вертушку ребенку. Вскоре поняв, что оборачиваться бесполезно, Кин обнаружил преследователя в результате ловкого обманного маневра, настигнув его из-за угла и схватив за запястье. Точнее, преследовательницу. — Ты?! — изумился Кин, обнаружив, что это давешняя девица. — Ты чего за мной ходишь?! И опять — ни слова в ответ, хотя девушка, как ранее выяснилось, немой не была. На ее лице появилось смущенное и в то же время упрямое выражение. Она уставилась на руку Кина, которой он удерживал ее, будто впервые в жизни видела такой диковинный предмет. — Чего молчишь? Ты что, дурочка? Что тебе от меня надо? Девушка похлопала глазами и неуверенно улыбнулась. Его не покидало ощущение, будто он говорит с ребенком, поэтому трудно было злиться на нее всерьез. По-хорошему, ее бы надо отвести домой, но Кин не был готов к таким подвигам. Как-то она добралась же сюда, значит, сможет вернуться обратно. Ее лицо слегка помрачнело, точно она почувствовала его недовольство, но упрямое выражение в глазах осталось. — Тебе понравилось играть со мной? — спросил Кин. Девушка кивнула. Он вздохнул. — Идем. Все так же держа за руку, он привел ее к лавке с выпечкой. — Вот. Возьми. Скушай булочку и отправляйся домой. Хорошо? Луайян славился медовыми булочками, которые умели печь только здесь. Сладкие и хрустящие, с золотистой корочкой и воздушной сердцевиной, они нежно и обжигающе таяли во рту. Нельзя утверждать, что вы были в Луайяне, если вы не пробовали самого известного местного лакомства. — Булочка, — повторила девушка и засмеялась. — Булочка! И, взявшись за запястье той руки, которой Кин держал угощенье, легонько прикусила его. — Ай! — вскрикнул он, отнимая руку. — Ты что творишь? С едой меня спутала? Вот, вот твоя булочка! Он насильно пихнул выпечку девушке в руки и, ловко огибая прохожих, припустил прочь. В голове пронеслось: «Сумасшедшая!». * * * У дверей «Золотого пиона», самого роскошного и изящного увеселительного заведения Луайяна, Кин остановился, чтобы перевести дух и привести в себя в порядок. Убедившись, что прическа не растрепалась, а одежда сидит безупречно, Кин занес ногу на ступеньку, и… — Опять ты?! Девушка возникла рядом с ним словно из ниоткуда. Он замахал руками: — А ну прочь! Иди отсюда! Сгинь! Возвращайся домой! Она стояла на месте как вкопанная. — Ты не отстанешь, да? — безнадежно спросил Кин. Она помотала головой и придвинулась к нему поближе, с любопытством поглядывая на «Золотой пион», из окон которого лилась музыка, доносился звон посуды, разговоры и смех. Кин утомленно потер шею и огляделся. Давно стемнело. Если она и вправду гостья и с ней что-нибудь случится по дороге домой, несложно предсказать, на кого посыплются шишки. Для отца Кин и без того был заведомо в чем-то да виноват, в каждом конкретном случае важно было лишь найти, в чем именно. Но внутри в отдельной комнате уже ждал щедро накрытый стол с винами и закусками и веселые приятели, которые с нетерпением ждали рассказов Кина о его приключениях при императорском дворе, в особенности во время отбора невест, в котором Кин принимал самое непосредственное участие. И если он сейчас возьмется отводить девчонку в Журавлиную Долину… Час туда, потом час обратно… |