Книга Измена. Ты выжгла мне душу, страница 92 – Мария Мендес

С другой же стороны, я не хочу этой выписки. Точнее, я не хочу возвращаться в дом Руслана. И от этого нежелания мне становится стыдно, ведь этот мужчина ничего плохого мне не сделал, наоборот, он заботится обо мне, как никто другой. Мама и Маша говорили, что я очень сильно любила его, и я им верю, однако сейчас я не чувствую того безумного чувства любви, о котором мне так часто говорили. И самое страшное, что я и не хочу чувствовать, замечать, уделять ему внимание и время.

Я понимаю, что иногда слишком резка и говорю вещи, которые его расстраивают, но не могу с собой ничего сделать. Вижу, как тускнеет свет в его глазах после моих очередных холодных слов, как напрягаются плечи, как он сжимает кулаки, пытаясь сдержаться. Мне в такие моменты становится так плохо из-за своего дурацого поведения, но я благодарна ему. Он проявляет нереальную выдержку и терпение. Даже видя мой интерес к Назару, терпеливо молчит и надеется… Надеется, что я вспомню и всё будет так как было раньше, но я не уверена, что хочу как раньше. И одна из причин этого Назар...

Он мне очень нравится. Я понимаю, что это плохо и нельзя даже думать о нём, ведь у меня есть семья, есть ребёнок, есть этот прекрасный мужчина рядом, который из кожи вон лезит, чтобы снова собрать «нас». Но я ничего не могу с собой поделать. Я оживаю только тогда, когда он появляется. С ним легко дышится, не нужно напрягаться и пытаться вспомнить что-то, чего нет в памяти. С ним очень интересно, он столько всего помнит из нашего прошлого. Помнит то же самое, что и я, и это подкупает. С ним я чувствую себя собой, а не пытаюсь быть тем, кем меня хочет видеть Руслан.

Не понимаю, как я раньше не замечала его красивый голос. Низкий, бархатистый, от которого по коже бегут мурашки. И улыбка… Когда он улыбается, его губы растягиваются в обаятельную улыбку, и в уголках глаз появляются маленькие морщинки. Стыдно признаться, но я часто смотрела на его губы, мне хотелось коснуться, почувствовать на своих губах их тепло. Старалась не показывать мою заинтересованность, но Назар пару раз точно поймал меня за разглядыванием. Он тактично промолчал, сделал вид, что не понял, и я была благодарна ему за это.

Назар не переходил границы дозволенного, но я тоже не слепая. Видела его заинтересованность во мне. Однако ни он, ни я не решались сделать первый шаг, ведь у меня, как оказалось, есть семья, а у него… У него, кажется, нет никого, я почему-то упустила этот момент. Не спросила о его личной жизни. В центре внимания всё это время была я и моя реальность.

Мы конечно обменялись контактами, но боюсь он не станет мне писать, да и я наверное не решусь, ведь у меня есть Руслан. Руслан… Мой бывший муж. На вопрос, почему он стал бывшим, мама и Маша всё время уклонялись или как-то хитро отвлекали меня, чтобы не отвечать. Переводили разговор, начинали говорить о Давиде, о здоровье, о чём угодно, только не об этом. Но я намерена узнать правду, если они мне не расскажут, я сама спрошу у Руслана. Я имею право знать, что случилось с моей жизнью.

— Как Давид? — решаюсь спросить, нарушив затянувшуюся тишину в машине.

Сегодня из-за выписки мне его не привезли, и я уже успела соскучиться.

— Хорошо, — отвечает Руслан, и я слышу в его голосе нотку облегчения от того, что я заговорила с ним. — Твоя мать и Маша покормили его, я до выезда к тебе успел даже немного с ним поиграть, а сейчас, — он смотрит на часы, — у него вот-вот должен быть дневной сон.