Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 90 – Лия Джей

— Мы теперь будем работать вместе! И ездить сюда вместе! Может, завести блог с танцами? Думаю, людям зайдет high-heels. Можем вдвоем вести, хочешь? Прикинь, как все в вузе офигеют! — на эмоциях Королева произносит немного другое слово, но я оставлю это. — Мы будем с тобой самыми популярными в унике, Текила! Да что там в унике? Во всем городе!

Святые шпильки, она чокнутая. Какой блог⁈ Добровольно раскрыть всему миру мой главный секрет⁈

— Привет.

Из коридора, ведущего в зону персонала, выходит Стархов. До его смены еще час, а то и больше. Что он тут забыл? Стоит теперь сверкает своей лучшей улыбкой и капельками растаявших на кожанке снежинок. В руках букет ирисов. Всего три цветочка в дешевом целлофане.

— Привет, — Королева вмиг загоняет своих демонов на задворки сознания и превращается в очаровательную леди. Поправляет лямку топа и переступает с ноги на ногу.

Эти двое пялятся друг на друга, как странники в пустыне, смирившиеся было с тем, что погибнут в одиночестве, и вдруг нашедшие кого-то живого. Ну давай, поцелуй ее еще при мне, Стархов! Как в фильмах, чтобы зеркала и лампы разлетелись зелеными искрами и заточенные в них светлячки фейерверком вырвались наружу. А потом собрались над вашими головами в форме сердечка. Так ты меня хочешь позлить, Антон?

Я картинно кашляю, проглатывая слова «А со мной ты поздороваться не хочешь, козлина-бывший?». Антон бросает на меня растерянный взгляд и кивает.

— А я тут… Вот… Цветы в гримерке нашел. Кто-то передал, наверное. Поставишь в вазу, Текила?

Ух ты! Даже не по имени назвал!

Я подхожу ближе, забираю букет и скептически его осматриваю. Конверта нет, записки нет. И кому его подарили? А главное, как он попал в гримерку? Сегодня клиентов еще не было. Со вчерашнего дня давно бы уже завял. Может, кто отправил курьером и охранник отнес его в нашу с девочками комнату?

— Лонг, набери воды, будь добр.

Сангрия протягивает ему вазу. Лонг издает протяжный крысиный писк, полный досады, выхватывает у нее из рук вазу и направляется в техкомнату. Загоняли мальчика. Однако на лице Сангрии нет ни капли сожаления. Нечего было под руку попадаться.

У статуи Давида Лонг оборачивается и смотрит на Сангрию.

— У тебя тут, — он проводит рукой по щеке, — помада. Или кровь неверных, не знаю. Готовишься выступать со мной в паре на Хэллоуин?

— На Хэллоуин ты будешь выступать со мной, братец.

Из зала, как белая мамба, выползает Пина. Сначала появляется ее голова с афрокосами, затем тело, обтянутое молочным спортивным костюмом с золотыми вставками. Она барабанит ногтями по экрану с таким видом, будто переписывается с самим Илоном Маском. На деле же, наверняка, выбирает очередной убийственно откровенный комплект для фоток в Telegram-канал.

— Я делаю косплей на Дейенерис. Лонг, ты будешь моим драконом. А ты, дорогуша, — она сверлит меня леденящим взглядом сиреневых глаз, — его жертвой. Будем истязать тебя плетками и обливать бутафорской кровью. Готовь наряд постарее. Ой, у тебя же только одно платье, и то недавно купленное, — Пина сочувственно дует губки. — Какая жалость!

Я сжимаю челюсть. Выдавливаю пару наигранных смешков, а про себя решаю: кем-кем, но жертвой я точно не буду. Я killer в розовом, и я заставлю себя бояться. Куплю на Хэллоуин новый сногсшибательный костюм и выступлю сольно.