Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 87 – Лия Джей

— Мало ли, влюбился… — Сангрия пожимает плечами. Тонкие пальцы стряхивают пепел, на этот раз на пол. — У тебя-то как на личном? Видела, тебя подвозил какой-то паренек на «Мерсе».

— Когда?

Я прижимаю к груди чехол, пытаясь спрятать за ним лицо. Не получается. Бросаю взгляд в щель между дверьми в зал. Оттуда доносится счет и негромкая музыка. «Никто не увидит» — Markul. Плейлист с разминки, под такое мы не выступаем. Недостаточно горячо. Эта песня, скорее, подойдет для танцев в домашних шортах и с полотенцем на голове. Я иногда так развлекаюсь, тщательно зашторив окна и на всякий случай еще выключив свет, чтобы никто из соседей ненароком не получил психологическую травму. Потом открываю пачку фисташек и сажусь за true-crime или сладкий любовный романчик… Эх, сейчас бы такой вечер, а не это все!

Как минимум не разговоры о Воронцовом. Прошу.

Но Сангрию наигранно-удивленным тоном не обманешь.

— В тот день, когда ты вышла с больничного. И на прошлой недели пару раз было. Пина обсуждала с девочками в гримерке. Точнее, вешала им на уши лапшу о том, что ты после Дубая пошла во все тяжкие и теперь мутишь со своим съемщиком.

Ну, отчасти она права. Я занимаюсь эскортом — сопровождаю парня всюду, где ему заблагорассудится. Только мне за это не платят и полный спектр услуг пока с меня не требует. «Пары объятий и поцелуев будет вполне достаточно», — так Воронцов говорил?

— Мы не вместе, — я прислоняюсь спиной к стене. Надо мной поблескивают зелеными искрами бутылки-плафоны. — Просто иногда видимся для общей выгоды.

— И зачем тебе такие отношения?

Я шмыгаю носом. Сангрия секунду-другую смотрит на недокуренную сигарету и выкидывает ее в вазу. Затем снимает крабик и мотает головой, придавая волосам объем. Одна черная прядь прилипает к губам. Сангрия поддевает ее ногтем, проводит пальцем по щеке, и там остается красная полоса от помады.

— Знаешь, какие пять слов самые употребляемые в мире?

— «Я тебя люблю» и что-нибудь про еду, наверное… «Хочу пиццу»?

— Нет, это «я», «еда», «вода», «секс» и «деньги». Все, о чем думают клиенты «Абсента». И большинство его работников. Мы увязли в болоте. Наши корни сгнили, остались только лепестки, которые мы пудрим и посыпаем глиттером, пытаясь придать им свежести. А ты молоденький цветочек. Сильная умная девушка. Многого добьешься. Тебе нужно уходить из «Абсента». Иначе не видать тебе ни успешной жизни, ни нормальных отношений. Мы, танцовщицы, для мужчин всего лишь развлечение. Красивое тело, и все тут. Парни из нашей сферы, может, видят нас чуточку глубже. Но скажи я при них эту фразу, у них со словом «глубже» была бы одна единственная ассоциация, — Сангрия ухмыляется и закутывается в кимоно. — Ты достойна большего, чем быть просто Текилой.

Я прищуриваюсь. Кладу чехол и тренч на столик у входа в зал — тут обычно стоит поднос с аперитивами. Скрещиваю руки на груди.

— Зачем ты мне это говоришь? Ты ведь тоже достойна большего. Ты роскошный цветок, но сидишь со мной в этом «болоте».

— Не достойна.

Сангрия бросает взгляд на приоткрытые двери зала, потом на гардеробщицу. Та сидит в наушниках, уткнувшись в экран телефона. Наверное, смотрит фильм. Первые клиенты придут часам к десяти, но из-за кастинга бедной пришлось начать работу раньше обычного. Сангрия заходит за стойку, взмахом руки подзывая меня к себе. Садится на принесенный сюда из зала барный стул, закидывает ногу на ногу. Я облокачиваюсь на холодный мрамор столешницы и терпеливо слежу за тем, как Сангрия достает очередную сигарету. Не закуривает, просто принимается вертеть ее в руках.