Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 88 – Лия Джей

— Не достойна, потому что вовремя не смогла дать себе пинка. Я пришла в клуб, как и большинство из нас, за деньгами. В девятом классе попала в неприятную ситуацию. Мягко говоря. Пошла гулять с друзьями постарше, попробовала меф. Не подсела, к счастью. Мне не понравилось действие. Все скатилось в панику, а не в приятное расслабление, как мне обещали. Плохо себя чувствовала, в общем, долго отходила… А потом оказалась должна баснословную сумму, потому что всю закупку повесили на меня и дилеру дали мой номер для связи. Когда я через три дня не вернула долг, меня подкараулили за гаражами у школы — я срезала там путь до дома — и сильно избили. Один мудак чуть не изнасиловал, но, к счастью, в это богом забытое место зашла какая-то женщина. Они испугались свидетелей и сбежали.

Я сжимаю кулак, вонзая ногти в кожу. Мне так хочется обнять подругу, но не думаю, что моя жалость будет ей приятна. Она рассказывает свою историю так, будто это было не с ней, а с какой-то маленькой хрупкой девочкой, которая давно уже обернулась вампиром, стала бессмертной, всесильной и самодостаточной. Такие не нуждаются в сочувствии.

— Мать у меня работала на кассе в «Магните». Она и сейчас там, все в том же магазине. Сама понимаешь, какая зарплата. Отец пил. Ему порой денег даже на банку огурцов для закуски не хватало. Животное, — Сангрия вставляет сигарету обратно в пачку и с презрением захлопывает ее. — Сдох два года назад. В общем, денег просить не у кого было. Старшая сестра моей подруги работала в клубе. Не в «Абсенте», в другом, дешевом, задрипанном. Я устроилась туда, отдала долг. Потом просто для себя зарабатывать начала. Суммы были в разы больше, чем у матери. От отца деньги прятала, про клуб не говорила. Оправдывалась работой на складах в ночную смену. Когда он узнал правду, был лютый скандал. Я к тому времени уже накопила приличную сумму. Мы с матерью съехали в съемную квартиру. Я почувствовала себя самостоятельной. Ушла из школы. Ни колледжа, ни вуза не окончила, как понимаешь. Подумала, зачем мне образование, если и так деньги идут?

Сангрия проводит рукой по кипе бумаг, лежащей на столике под стойкой. Просматривает список кандидаток на кастинг, находит ручку и задумчиво щелкает кнопкой.

— А теперь мне идет четвертый десяток. Я все так же живу с матерью в съемной квартире и боюсь ходить одна по ночам.

Она зачеркивает какую-то строчку в списке и откладывает листок. Потом касается креста на шее, нажимает на потайной язычок и протягивает мне нижнюю часть украшения. Оттуда торчит иголка. Я хочу ее взять, но Сангрия отдергивает руку.

— Она с ядом, осторожно.

— Это считается оружием? — хмурюсь.

— Нет, конечно. Поэтому я с ней и хожу, — Сангрия вкладывает иголку обратно в крест. — В отличие от перцового баллончика или ножа, ее никто не заберет при проверке. Ювелирка никого не интересует. А зря. Мужчины привыкли недооценивать женщин.

Двери зала открываются с натужным скрипом, и в холл проходит Лонг. Швабра теперь лежит у него на плече, ворсинками кверху. В полумраке кажется, будто это все его шевелюра, засаленная и плохо расчесанная. Жду уже 23 февраля, чтобы от группы танцовщиц подарить ему шампунь. Даже сама готова скинуться.

— О, ты весьма кстати, Лонг. Собери пепел, будь добр.