Книга Грецкий орешек, страница 141 – Ната Вади

Хоть и вымотан до предела, но знаю, что не усну. Принимаю скорое решение долбануть снотворное. Не потому что считаю, что сон важен. Я тупо хочу забыться хотя бы ненадолго. Кажется, пройден рубеж активности впустую. Не верится ни во что. Залипаю в потолок, лежа на диване, и чувствую, как снотворное начинает действовать. Тяжесть в теле, мысли становятся вязкими. Но вместо того чтобы уснуть, я начинаю прокручивать в голове, что Натали должна быть жива. Иначе… нет, не хочу, чтобы мозг работал в этом направлении.

Телефон снова разрывает звонок. Брат. Шлю ему стандартную отписку. Но тот не успокаивается, продолжает трезвонить. Сука, когда мне так нужен покой!

— Да, — не ору, не повышаю голос, просто произношу отрешённо и дальше отчитываюсь на полном автомате. — Я дома. Других новостей пока нет. Собираюсь поспать. Давай завтра поговорим, Саш.

Уже убираю мобилу от уха, как брат произносит то, от чего мои внутренности устремляются вниз.

— Ирина скончалась в больнице. Ну, жена его.

— Я понял, — слышу свой глухой голос будто со стороны.

Завершаю вызов.

Он убил свою вторую жену и бог знает что сделал с первой. Жили себе девчонки, а какой-то урод решил влезть в их судьбы и калечить морально и физически. Сжимаю телефон в руке и чувствую, как внутри поднимается волна слепой ярости, смешанной с отчаянием. Дикий коктейль. Я хочу найти его. Я жажду убить его. Мечтаю, чтобы он страдал на максимуме.

Как страдаю я.

Мне снова поступают вызовы. Но теперь всем отвечаю другой фразой: «Я знаю».

Снотворное действует, как и долдно, я вырубаюсь. Снится разное. Сначала всё хорошо: я нахожу Наташку на Юлькиной даче. Мы смеёмся, она обнимает меня, чувствую тепло её тела. Но потом это оказывается сном. Во сне. Потом поступает анонимный звонок с информацией, в каком доме спрятана моя девочка, в какой квартире. Я бегу по чёртовой лестнице и никак не могу достичь нужного этажа. Она зовёт меня, слышу её голос, полный отчаяния, но я не могу её найти. Ощущаю такую глухую безнадегу, что стучу кулаком в стену подъезда. Кровь на костяшках, но упорно продолжаю бежать, искать.

С трудом разлепляя глаза, слышу стук. Как будто асе ещё бьюсь кулаками в стены. Пытаясь прийти в себя, понимаю, что это реальный звук. Стучат в дверь квартиры, параллельно нажимая на звонок. Подскакиваю, как ошалелый, в секунду оказываюсь у входной двери, за которой стоит мой брат с абсолютно ошарашенным видом.

— Черт, — переводит он дух. — Я уже надумал всего... Ты спал. — Утверждает и оглядывает меня с головы до ног. Наверное, выгляжу как зомби. — Мы тебе названивали все. Её нашли. Наташку нашли.

У меня замирает сердце на пару секунд. Смотрю на брата и не могу пошевелиться, толком воспринять полученную информацию. Слова не укладываются в голове. Нашли? Нашли...

— Жива? — выдавливаю из себя едва слышно.

И секунда перед ответом становится самой страшной и длинной в моей жизни.

Мирослав

Жива. Физически здорова.

Ну, правда, истощена немного — ничего за это время не ела. Ещё дело чуть было не встряло в обезвоживание, потому что воды в туалетной комнате в этом долбаном подвале какое-то время не было, а у птички было всего поллитра воды в бутылке. Она говорит, что сначала думала, типа все краны где-то наверху в доме перекрыты. Но, видимо, в самом районе просто не было водоснабжения, потому что на второй день воду дали, поэтому можно было вдоволь пить из-под крана и также ходить в туалет.