Книга Неоновые росчерки, страница 394 – Юлия Поспешная

Последние, конечно все равно, через время, появятся вновь. А не они, так другие. Такова уж особенность крупных мегаполисов — орг преступность, подпольные казино, проституция, наркоторговля и так далее. Тёмная сторона многомилионных городов, с которой приходиться мириться и держать под контролем, сдерживая её разрастание.

Стас же привёз меня к помещению, которое Маски и их подельник, Ахмар Картамазов, использовали, как склад для контрабанды.

Старое и выглядевшее ветхим здание, явно было построено не позже середины прошлого века.

Внутри царил хаотичный кавардак — следы бурного обыска, который больше походил на разбойничий налёт. Сеня с приставленными к нему оперативниками не задумывался об аккуратности.

По просторному зданию, примерно на уровне головы взрослого человека, расплывались медленно оседающие тучи пыли.

Цементный пол, покрытый трещинами, грязными пятнами неизвестного происхождения, весь был в глубоких трещинах. По углам валялись картонные ошметки и проржавевшие металлические обломки.

Стас остался в дверях склада, я услышала, как он чиркнул зажигалкой и почувствовала легкий запах сигарет.

Я не торопливо прошлась по помещению склада. Парящие здесь скопления воспоминаний отлипли от стен, вылезли из углов, спустились с потолка и предстали передо мной.

Я усилием сдержала готовую обрушиться на меня плотную и хаотичную массу эпизодов из жизни Картамазова и Масок. Я старалась поглощать воспоминания порциями, дозировано, без уничтожающего переизбытка, от которого можно спятить или потерять сознание.

Перед глазами промелькнули несколько похожих, обрывочных эпизодов, где Ахмар Картамазов, Марк Карташев и ещё две личности перетаскивали ящики с логотипами китайских промышленных компаний.

На складе контрабандистов хранился обширный перечень товаров, от мобильных телефонов до громадных квадракоптеров.

Перед глазами метались обрывки десятков дней, из жизни Масок и их подельника.

Больше всего для меня, разумеется, представляли воспоминания Марка Карташева и Ахмара, на предмет личности двух других Масок.

Я отчаянно отбрасывала и пыталась блокировать тонны лишних, лишенных ценной информации воспоминаний. Мне были нужны их лица… Лица двух убийц. И где-то в воспоминания Карташева или Картамазова они должны были появиться, должны были явить свои обличия.

Воспоминания сменялись одно за другим, я стала свидетелем бесконечной преступной рутины Масок и самого Ахмара.

Но, словно назло, нигде не попадались лица двух других убийц.

Я старалась, мне очень хотелось помочь Стасу найти их. Я отчетливо помнила, что они сделали со своими жертвами и горела неукротимым желанием сделать все, что в моих силах, чтобы эти подонки сели за решетку!

Но, именно гнев и ярость, могли помешать мне увидеть то, что я хочу. Пришлось заставить себя быть сдержанной.

Нужно сохранять душевное равновесие, нужно не поддаваться вредным, сейчас, эмоциям.

Я около сорока минут бродила по складском помещению, прежде чем, наконец, одно из воспоминаний Марка Карташева не унесло меня в один из вечеров, где он собственноручно менял разбитое правое зеркало на грузовике.

— Долго тебе ещё? — знакомый по воспоминаниям Влада Неклюдова, голос, странно вибрировал, его тон искажался, как при плохой записи на древних магнитных пленках.