Книга Неоновые росчерки, страница 197 – Юлия Поспешная

За неё. За так любимую всеми Таню… За её любимую сестрёнку, без которой жизнь безнадёжно померкла и даже кислорода не хватало, чтобы просто жить.

Но, позже до Таи стало доходить, что все они, и она, и Прохор с парнями, решились на это не только ради Тани. Не только, чтобы отомстить за неё и заставить правоохранительные органы искать её убийцу.

Они все сделали это ещё и ради себя. Ради удовлетворения собственной жажды мести. Которая именно им не давала покоя, не давала жить.

Желание отомстить за сестру точило и травило Таю изнутри. Она чувствовала, что должна сделать хоть что-то. Что угодно! Просто… просто сделать что-то, что помогло бы справиться лично ей с её неизлечимой и непрекращающейся болью.

Поэтому она и решилась. Поэтому и подписалась на участие в кошмарном плане Прохора. Да ещё и уговорила сомневающегося Тимофея.

Из-за этого, пожалуй, она ненавидела себя ещё больше. И чувство ненависти, вместе с презрением, к своей персоне только усилилось, когда она так глупо попалась полиции.

Из-за неё теперь всё пойдёт прахом. Она в этом не сомневалась. Как и не сомневалась, что задержавший её здоровяк, наверняка сейчас поехал за Тимофеем. За её Тимофеем, который на самом деле всегда был добряком и никогда не желал никому зла.

Это всё она. Она и Прохор, который тайно и отчаянно сох по Таньке.

Она не могла позволить рухнуть их плану из-за собственной глупости. Не могла допустить того, чтобы все, что произошло было зря. Как и не могла допустить, чтобы никто не понёс наказание за Татьяну и за её боль. Кто-то должен ответить. Кто-то должен понести наказание и стать жертвой обязательного неотвратимого правосудия.

Тая вздохнула, собираясь с силами. Затем встала со своей койки и подошла к двери камеры.

Громко стуча по двери девушка позвала охранника.

Пора было действовать.

— Ну, чего голосишь там?! — грубо проворчал пришедший на крики девушки охранник.

Его недовольное лицо возникло перед Таисией в узком окошке металлической двери.

— Мне нужно в туалет, — ответила Зимина, решив не выдумывать ничего нового.

— И чего теперь?

— Ну, в смысле, чего?! — Таисия умело разыграла возмущение и обиду. — Что мне на пол сходить, извините?!

— Не положено, — помолчав, буркнул охранник.

— Ну, ты дурак или что? — жалобно проговорила Таисия.

Таисия всегда была способной актрисой. Уже лет с двенадцати, будучи ещё ребенком, она научилась умело манипулировать чувствами людей и особенно взрослых. Особенно мужчин.

А уж искусством давить на жалость девушка обладала в совершенстве.

— Ну посмотри на меня, — попросила Таисия, глядя в глаза молодого охранника. — Ты правда хочешь меня заставить… вот прямо здесь?.. Ну, что случится, если ты меня проводишь, куда нужно? Чем я в дамской комнате смогу кому угрожать? Ну, хочешь…

Таисия стыдливо потупила взор.

— Хочешь, я дверь закрывать не буду, чтоб ты не думал там ничего… Только можно не здесь, пожалуйста! Я быстро, только по-маленькому и всё! Ну, пожалуйста!.. Ну, не надо заставлять так унижаться! Я же не животное, в конце концов…

Он всхлипнула и в нужный момент пустила слезу.

Таисия отлично знала, как разжалобить даже самого черствого чурбана. А уж молоденького сержанта полиции и вовсе без проблем.

— Ладно, ладно, не реви, — сжалился охранник, звеня ключами.