Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 47 – Юлия Поспешная

— Нет, мам, — опустив взгляд, ответила я, — никто мне такого не говорил. Просто я вчера мне позволили выступать с ними… и мне понравилось.

— Что тебе понравилось? — мама сложила руки на груди. — Веселить полупьяную быдловатую толпу?

— Почему их так называешь? — я удивленно уставилась на свою мать.

Сейчас я её не узнавала.

— Да потому, что сюда съезжается народ со всей страны! — воскликнула мама. — Из таких провинциальных дыр, о которых ты даже не слышала! А ты, дорогая моя, коренная москвичка, между прочим. И тебе не престало тут перед всякими дремучими людьми скакать на сцене вместе с вонючими рыбинами!

— Мам, — ошарашенно проговорила я, — да что с тобой?! Ты что говоришь такие отвратительные вещи?! Здесь нормальные, обычные люди! Ни хуже нас, ни чем не отличающиеся от тех, рядом с которыми мы живём, учимся и работаем!

— Более-менее нормальные люди отдыхают минимум в Турции или Тайланде, — отмахнулась мама. — А уж совсем адекватные в Италии, на юге Франции или хотя бы на Мальорке!

— Мама, хватит! — я встала с кровати и посмотрела на неё. — Ты ведёшь себя отвратительно! Здешние люди от тех, что отдыхают на перечисленных тобою курортах, отличаются, по большей части, только достатком! Но это не важно! Я хочу остаться здесь, потому что впервые в жизни я нашла то, что нравится мне! Понимаешь, мама?!

Я начала кричать на неё и лицо у мамы вытянулось от удивления.

Но я уже не могла остановится.

— Пожалуйста, пойми меня! — Попросила я. — За те пару дней, что мы провели в Анапе, я поняла, что могу и хочу прожить свою жизнь так, как этого хочу я! Не как ты, ни как папа, ни как дедушка Клим, а я! Я, понимаешь, мама?!! Я хочу жить так, как нравится мне и только мне!!! И именно поэтому я решила остаться!..

— Ты здесь не останешься, Светлана! — протестующе вскричала мама.

Но я уже одевалась, чтобы поскорее свалить из номера. Да, я опять убегаю. Но я не могу и не хочу терпеть мамины истерики. Я уже переживала подобное не раз и не два в своей жизни. Мама, может быть сама того не ведая, буквально забивала меня своими словами. И в детстве, я просто сидела где-нибудь в углу, слушая её разъяренные выкрики, жалась в комок и ждала, когда закончится этот кошмар. Больше этого не будет. Хватит!

— Ещё, как останусь! — сердито бросила я, наскоро одевая короткие шорты и хватая свою сумочку.

Я уверенным, широким шагом направилась к двери.

— Лана, стой! Остановись сейчас же! — мама стуча, грозно стуча каблуками, последовала за мной. — Не смей уходить!

— Ещё как, посмею! — огрызнулась я.

Меня одолевала злость на неё и клокочущее во мне раздражение. Она даже не пожелала выслушать меня! А уж, когда я сказала, что хочу жить как хочется мне, её аж передёрнуло! О чём ещё мне с ней говорить, если по мнению мамы, я не имею право на собственный выбор в жизни!

Я вышла из номера и скорым шагом пошла к лифту.

— Светлана! — голос матери ударил кнутом. — Я сказала: вернись, сейчас же!

Двери соседних номеров начали открываться, в коридор выглянули заспанные постояльцы.

— Извините, пожалуйста, — холодно произнесла мама разбуженным её криками людям.

Я нажала кнопку лифта и через пару секунд передо мной открылись отливающие серебром двери.

— Лана!

Я зашла в лифт и не оборачиваясь нажала на кнопку.