Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 45 – Юлия Поспешная

Как только мы встали друг напротив друга, и он положил мне руку на талию, его голос прошептал над моим ухом:

— Остерегайся этого павлина.

Я посмотрела в лицо Кости.

— Ты про Ростислава?

— Да, — вздохнул Стрельцов, — я понимаю, он может произвести приятное впечатление, но… он совсем не такой, каким хочет казаться.

— А ты хорошо его знаешь? — с некоторым сомнением спросила я.

— Уже больше десяти лет, — вздохнул Костя.

— Вау, — протянула я. — Такая долгая вражда…

— Мы не враги.

— Разве?

Заиграла музыка и Костя повёл меня в такт нарастающему ритму. Двигался он, конечно, похуже Ростислава, но тоже очень даже неплохо.

— Да, — проговорил Костя, — просто у нас… есть коренные различия во взглядах на… окружающую действительность, людей, цели в жизни и так далее…

— Ты меня заинтриговал, — хихикнула я. — Когда он подошёл к нам, мне показалось ты его ненавидишь.

— Я просто знаю Роса и знаю, как он обычно обращается с девушками.

— Только не говори, что он спит с ними, а потом бросает, — попросила я. — Это так банально!

— Но, именно так обычно и происходит, — заметил Костя, но подумав, добавил. — Может, конечно, не всегда, но… чаще всего, Рос видит в девушках лишь объект сексуального удовлетворения.

Я чуть отстранилась от него в танце и заглянула в его зелёно-карие глаза парня.

— А что видишь в девушке ты? — спросила я.

Стрельцов нервно сглотнул, опустив на меня взгляд.

— Смотря, в какой.

— Во мне, — сказала я боязливо.

— В тебе… — по лицу Костя начал проступать милый румянец. — В тебе, определенно есть что-то, чего почти нет у других.

— Перестань говорить загадками, — попросила я.

Костя вздохнул.

— Когда ты появилась в стенах нашего дельфинария… что-то изменилось. Это все заметили и почувствовали. И люди, и животные.

— О чем ты? — слегка скривилась я.

Костя выполнил шикарный танцевальный элемент, развернул меня вокруг оси и снова прижал к себе.

— Трудно объяснить, — продолжал он, глядя на меня чуть затуманенным взором. — Просто, ты… похожа на человека, которого нам всем нам не хватало. Игнату, Яне, Саше… Сорелю…

— А тебе? — спросила я чуть слышно, с жадностью глядя в его глаза.

— Мне тоже, — словно пересилив себя, с хрипотцой произнес Костя.

Я несколько мгновений пристально смотрела в его глаза и пыталась понять говорит ли он правду. Мне очень хотелось, чтобы в этот момент он был искренен. Я готова была поверить его словам, я хотела верить то, что правда нужна ему! Меня в миг переполнило нарастающее волнение и чувство отчаянной надежды.

— А как же… Как же Инна? — спросила я. — Ты ведь с ней…

Стрельцов снова вздохнул, на миг отвёл взор.

— Зачем сейчас об этом говорить, Лана? Неужели нельзя просто наслаждаться танцем?

Можно. Но я не могу. И волнующие меня вопросы вырывались точно беспокойные кошки, которых пытаешься удержать в объятиях, и уносились прочь.

— Ты её любишь? — спросила я. — Только честно!

Костя посмотрел на меня, отвёл взгляд, раздраженно качнул головой и снова посмотрел на меня. Я видела, что он силится что-то сказать мне, но не может.

— Костя… — осторожно произнесла я.

— Хватит! — голос Стрельцова вдруг прозвучал резко и неприятно. — Я не хочу сейчас об этом говорить, Лана!

Музыка ещё не успела закончится, а он вдруг убрал от меня руки, развернулся и ушёл.