Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 176 – Юлия Поспешная

Я неприязненно и боязливо съежилась и сжалась от криков и от того, как он нависал надо мной, сильно прижимая к стене.

— Отец был в ярости, когда узнал, что вы были на месте стройки его ресторана!

У меня в висках и под горлом, усиленно застучала кровь. Я нервно сглотнула, ошарашенно глядя на Ростислаа.

— Что?! — рявкнул Жарковский. — Не ожидала?! А вот так-то, мать твою! Нужно было думать башкой!.. Ну или не трепаться с кем ни попадя. Он отпустил меня и с яростью выдохнул через нос.

— Отец не сомневался, что вы вдвоем все растреплете Игнату, а у него о-очень большие планы на этот ресторан!

— Это не ресторан, а будущая живодёрня! — с обвинением в голосе, вскричала я. — Они убивают животных, ради… ради того, чтобы варить из них деликатессы.

Ростислав едко усмехнулся.

— Да, убивают. И что? У моего отца есть деньги, есть власть и есть коммерческие планы. Это бизнес, Лана. А в бизнесе все досадные препятствия на пути к цели принято устранять самым бескомпромиссным способом. И на твоем месте тебе молиться нужно, что арестовали только Костю.

Он фыркнул и покачал головой.

— Отец всерьёз собирался отдать тебя парня с «Барракуды». Ты понимаешь, от чего я тебя спас?

— Спас?! — процедила я. — Из-за вас арестовали Костю…

— Если бы он знал, что может такой ценой спасти тебя от группового изнасилования толпой браконьеров и бесследного исчезновения в последствии, он бы и сам, наверняка, пришел к отцу с повинной, — с показательным безразличием, небрежно пожал плечами Ростислав. — Но я избавил его от этого выбора.

Я несколько мгновений во все глаза глядела на него, а затем выпалила:

— Избавил?! Ты?! Да ты сломал жизнь человеку! Взял и просто растоптал!

Я помолчала и добавила с ядовитой злостью:

— Нужно было дать Сорелю утопить тебя.

— Тогда бы отец вас всех уничтожил, — надменно усмехнувшись, бросил Ростислав.

— Да, наверное, — согласилась я. — Только твоего отца мы и можем опасаться. Ты то без него ни на что не способен! Власть и деньги — только у твоего папочки, Рос. А сам ты пустое место! Гадкий, испорченный и мстительный мальчишка!

Рос не выдержал и с новым приступом ярости ударил кулаком в стену. Я испуганно вскрикнула, отшатнулась в сторону, но он поймал меня, больно схватил за обе руки и прошипел:

— Не смей со мной так разговаривать!

— А то что? — выдохнула я. — Папе пожалуешься?

Но тут лицо Жарковского переменилось. Он как будто о чем-то задумался.

— Нет, — помолчав и посмотрев на меня, ответил Рос. — Не буду… Но, знаешь, отец сейчас занят. А следующие два месяца его и вовсе не будет в городе.

— И что?

— А то, что я мог бы помочь твоему Косте. Ради тебя, конечно.

В слова Роса можно было бы поверить, если бы не его нахальная ухмылка.

Я догадывалась, что он может попросить в ответ.

— Ты ведь помнишь, что я тебе говорила о своей семье, — попробовала надавить на него я. — Они…

— Они далеко, Лана, девочка моя, — сладко проговорил Ростислав с довольной улыбочкой. — Пойми ты, дурочка, что здесь связи твоей семьи имеют, как минимум временное ограничение: пока у вас в столице кто-то шевельнётся, Костя уже будет на полпути в Магадан. Уж поверь, в моей власти шепнуть кому надо, чтобы ему впаяли лет двенадцать строгоча. Знаешь, кем он оттуда выйдет через столько лет? Хотя…