Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 141 – Юлия Поспешная

— «Лана, я их не боюсь!»

— «А стоило бы! Их тут десятка два или три!» — стараясь донести до Кости уровень риска, быстро напечатала я в ответ. — «Лучше скажи, когда будешь рядом, я сама доплыву к тебе, а ты меня подберёшь!»

Звучало всё довольно просто — нечто подобное я несколько раз видела в разных фильмах и сериалах — но на практике явно будет всё сложнее.

Костя начал было упираться, пытаясь убедить меня, что это опасно и меня наверняка заметят, но я весьма выразительно обратила его внимание, что одинокая человеческая фигура, темным вечером, в воде, как ни странно, гораздо незаметнее любого судна. И уж пытающийся примоститься рядом с «Барракудой» чужой корабль, браконьеры Яна Глебовича точно заметят.

Стрельцов, явно не хотя, но всё-таки меня послушался. Аллилуйя!

Выждав ещё несколько минут — для верности — я мысленно взмолилась, как умела, всем богам, которых знаю, и направилась вперёд по коридору.

При каждом шаге вперёд я морщилась, как от боли, когда металлический пол каленым холодом жег мои обнаженные стопы. Ведь кросы то с меня упали, когда я вылезала из аквариума и достать их возможности не было, моя обувь потерялась на дне, среди ерзающих там осьминогов, которые не преминули испортить воду выбросом густой чернильной тучи.

Так что шагать пришлось босиком. Дрожа от немилосердного холода, отчаянно стараясь сдержать постукивающие зубы, я аккуратно и тихо шла вперёд, придерживаясь руками за трубы и крепежи на стенах узкого коридора.

Когда я добралась уже до середины этого узкого туннельного прохода, через открытый входной люк, над лестницей, внутрь залетел порыв просоленного влажного ветра.

Он пролетел через весь коридор и обвился вокруг меня, неприятно стелясь по обнаженной влажной коже и проникая под промокшую одежду. Я зажмурилась, съежилась и судорожно выдохнула через дрожащие губы, мечтая сейчас только о тёплой постели и горячем чае.

На слабеющих ногах, сотрясаемая судорогами безжалостного холода, я насилу добралась до лестницы.

Взобравшись вверх по металлическим перекладинам лестницы, я прислушалась.

Сквозь шум ветра и звуки плещущейся воды, доносился размеренный гул из машинного отделения судна и обрывки мужских голосов.

Через пару минут я рискнула выглянуть и быстро осмотреться.

Густые серо-синие сумерки, скрадывая очертания порта вдалеке, накрывали собой морские просторы вокруг корабля и частично поглощали фрагменты его надстроек.

Где-то рядом послышался грубый мужской хохот, зачем чиркнула зажигалка, и через пару секунд в порывах просоленного морского ветра почувствовались горькие миазмы дешевого табака.

Я посмотрела на экран телефона и увидела сообщение от Кости. Стрельцов был уже совсем рядом.

Я прижала телефон к груди, зажмурилась и вздохнула, мысленно убеждая себя, что всё получится и всё будет хорошо.

Стараясь убедить себя в благоприятном исходе событий, я торопливо влезла в спасательный жилет. Как ни странно, в нём стало даже потеплее. Вместе с тем стало спокойнее. Чуть-чуть. Просто теперь я меньше боялась утонуть.

Оттягивать было нельзя. Чем больше я медлила, тем больше ощущала, как решимость, точно песок из клепсидры, неумолимо истощается внутри меня.

Я собралась с духом, мысленно послала все свои страхи по известному адресу — это придало немного бодрости — зажмурилась на секунду, и выскочила на верх.