Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 122 – Юлия Поспешная

— Видишь, всё с ним в порядке… Ух ты! А что это у нас такое?

Он наклонился и взял с полки холодильника упаковку торта.

— Ты что делаешь? — напустилась я на него. — Костя, положи сейчас же назад! Это же чужое!

Но, Стрельцов с чертовщинкой в глазах, лукаво ухмыльнулся и, прежде чем я успела что-то сделать, снял круглую крышку упаковки и, игнорируя мой шокированный взгляд, взял один из треугольных кусочков с кремовыми цветными завитушками.

Игнорируя все мои протесты, он поднял торт над головой, чтобы я не могла отнять его и откусил от куска в левой руке.

— Костя — это чужой торт! — испуганно и сдавлено пискнула я.

— М-м-м, — промычал в ответ Костя, с блаженной физиономией. — А на вкус, как родной!..

— Ты дурак? — бессильно спросила я. — Вломился в каюту чужой яхты и стоишь тут, жрёшь чужой тортик…

— Да ладно тебе, у него после завтра срок годности истекает, а мы эту посудину максимум через неделю сдадим владельцу, — пожал плечами Костя. — Торт клёвый! Жалко, если пропадёт… Попробуй!

Он поднёс упаковку к моем лицу.

Я пару секунд смотрела на счастливое лицо парня, которые с наслаждением пережевывал лакомство, затем опустила взгляд в упаковку.

Переборов стеснительность и барьер воспитания, я аккуратно взяла один маленький отвалившийся кусочек и попробовала.

— Ну, как? — спросил Костя. — Вкусно?

— Ага, на вкус, как воровство чужой еды, — проговорила я и посмотрела на Костю. — Я не измазалась?

— Сейчас, подожди, — Костя наклонился ко мне.

Он оказался так близко, что я могла видеть свое отражение в его неумолимо манящих меня зелено-карих задорных глазах.

Его лицо было в сантиметре от моего. У меня сбилось и на мгновение остановилось дыхание, волнение вздувалось в груди и сдавливало живот, теплящееся нервирующее чувство встревоженно заметалось в моем сознании, а по телу быстро распространилась колкая частая пульсация.

— Кажется, что-то есть, — тихо проговорил Костя, наклоняясь ко мне всё ближе.

Его горячее дыхание легонько, вскользь коснулось моих губ, я непроизвольно подалась ему навстречу.

Он с неожиданной напористостью впился в мои губы, как будто стараясь поглотить меня страстным желанным поцелуем. Я не была готова к такому долгому, глубокому и властному поцелую, но безвольно уступила, покорно отвечая на страсть Стрельцова.

Костя на удивление целовался умело, со знанием дела, как будто нежно выпивая меня, но даря взамен безмятежное блаженство. Это было похоже, на легкое опьянение или наркотическое воздействие, я буквально мякла и таяла в его руках, не в силах сопротивляться воле парня.

Кто бы мог подумать, что улыбчивый дурашливый парнишка может ТАК целоваться?!

Тут в иллюминатор яхты кто-то быстро и требовательно постучал.

Я испуганно отстранилась от Кости, уперев ладони в его грудь, но Стрельцов не убирал руки с моей талии.

Из окна на нас смотрел сердитый дядя Игнат и, глядя на Костю, знаками показывал, чтобы тот немедленно вышел из каюты.

Стрельцов нехотя отпустил меня, наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах разочарование из-за того, что нас прервали, и нескрываемое сильное вожделение.

Стрельцов, нежно коснувшись руками моих плеч, аккуратно обошел меня и поднялся наверх по узкой лестнице.

Я осталась в каюте, закрыла глаза и приложила ко лбу правую ладонь. Я горела, как от жара, у меня немного кружилась голова, все мысли плавились и расплывались, я несколько секунд не могла собраться и вернуться к реальности.