Книга Развод. Сын моего мужа, страница 94 – Ая Кучер

Исправить все ошибки.

— Дай мне хоть каплю воздуха, а не души окончательно.

Добивка.

Будто до этого не было хреново. А теперь — вовсе себя ублюдком чувствую.

Заслуженно.

Справедливо, черт.

Но от этого не менее херово.

— Хотя… — слышу хриплый смешок. Пропитанный горечью. Давлюсь. Заслужил.

— Я согласен.

Слова вырываю с мясом из горла. Заставляю себя. Не могу по-другому.

Не когда в моих руках Полина, плачущая и просящая о помощи. Я никогда не мог ей отказать.

Сейчас — тоже.

— Согласен на развод.

Произносить это вслух — звездец просто. Тупым ножом по загноившейся ране. Но я обязан.

Полина замирает, дышит через раз. Словно боится, что от одного лишнего движения я тут же передумаю.

Упираюсь подбородком в её темечко. Рецепторы щекочет лёгкий цветочный аромат. Знакомый до боли.

Привычный, родной. Буквально въевшийся под кожу за столько лет. Полина пахла так при нашей встрече.

Вишнёвые духи, но от волос пахло лилиями. Приторно-приятно, сладко.

Всё время, пока мы знакомы. До и после свадьбы. Неизменный элемент, который сопровождал весь наш брак.

— Мне жаль.

Во рту до сих пор привкус пепла после той речи, что выдала Полина. Её откровения.

Даже не ожидал услышать подобное, когда настраивался на сегодняшнюю встречу. А тут…

Душу нараспашку.

Удар под дых.

— Мне жаль, — прочищаю горло. — Мне невероятно жаль, любимая, что тебе настолько плохо. Я даже подумать не мог, что всё настолько плохо. Что причиняю тебе столько боли своими поступками. И, конечно, я сделаю всё для того, чтобы тебе стало лучше. Даже если это значит развод.

Полина сказала правильно, мы все эгоисты. И я поступал как самый заядлый из них.

Потому что даже мысленно не мог допустить варианта, чтобы отступить. Сдаться, когда на кону моя семья.

Моя Полина.

— Правда? — жена запрокидывает голову, её сизые глаза затянуты пеленой слёз. — Ты сейчас обещаешь? Слово даёшь?

— Обещаю, Полюш, — корёжит от того, что она мне не верит. — Можем сейчас отправить запрос мировому судье и…

— Нет! Это будет ещё новое рассмотрение и потерянное время. У нас уже назначен суд. Ты можешь просто прийти и сказать, что согласен на развод. Передумал. Так можно, я узнавала.

Я сжимаю челюсть. Проглатываю бунтующие эмоции. Узнавала она, конечно же. Я даже не сомневаюсь.

Подготовилась, чтобы точно отделаться от меня.

И где-то, на далёком клочке адекватности в моём мозгу, я понимаю, что она поступает правильно. Не мне её судить.

Но и допустить этого не могу. Принять. То, за что я столько лет боролся… Теперь превращается в пыль.

— Значит пойдём так, — соглашаюсь. — Как удобнее.

— Спасибо.

Полина выдыхает тихо, будто ветер шумит. Подобно ему же девушка выскальзывает из моих рук.

Её пошатывает, она мягко опускается в кресло. Обнимает себя за плечи в попытке согреться.

У меня больше нет права просто сгрести её в охапку и согреть самому. Но и отойти не могу.

Я прислоняюсь к краю стола, находя себе опору. Складываю пальцы в замок, выстраиваю мысли в голове.

— Ты…

«Ты должна мне поверить» чуть не срывается с языка. Должна. То чертово слово, о котором говорила моя жена.

— Я хочу, чтобы ты мне поверила, — исправляюсь. — Я не хотел причинить тебе боль. Это никогда не было моей целью.

Целей было много. Но превыше всего — сохранить семью. Сберечь брак, которого я действительно хотел.