Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 34 – Магисса

— Уже не понадобилось.

— Сабина знала, что я скажу тебе после этого ужина.

— Она сказала мне.

— Что именно?

— Что ты собирался сообщить о ней, если сделка будет готова. И что комплект в моём шкафу считал прототипом.

Феликс снял со сканера провод и аккуратно свернул его.

— Я действительно так считал.

— Ты говорил, что не знал о личном комплекте.

— Я не знал, что образец в шкафу был тем самым.

— Каким «тем самым»?

Он понял раньше, чем ответил.

— Ты говорила, что готовишь что-то к годовщине.

— Не «что-то». Что я сказала?

— Что хочешь сшить комплект для ужина. И попробовать вернуть между нами близость.

Пальцы похолодели. Эти слова я говорила мужу поздним вечером, когда ещё надеялась, что неловкость можно пережить вдвоём.

— Сабине ты это тоже рассказал?

Феликс отвёл взгляд к папкам.

— Я объяснил, почему не собираюсь ничего менять до годовщины.

— Сказал про комплект?

— Сказал, что ты его шьёшь. Не описывал модель и не называл код.

В переговорной Сабина уверяла, что приняла вещь за прототип. Теперь объяснение сузилось до одного удобного совпадения: она знала и про годовщину, и про личный комплект, но будто не связала их с вещью в моём закрытом шкафу.

— Она знала достаточно, — сказала я.

— Она не знала, что именно этот комплект личный.

— Так же, как ты?

Феликс выдержал паузу.

— Да. Я понимаю, как это звучит.

— Ты объяснял любовнице мою попытку вернуть тебя. Она ждала результата.

— Я пытался не обманывать её о сроках.

— И для этого рассказал ей то, что не принадлежало ни вашей кампании, ни вашей сделке.

— Да.

Феликс убрал копии в свою папку. Оригиналы пересчитал и вернул в нижний ящик. Лист с кандидатами в посредники оставил на столе.

— Я не давал ей разрешения брать комплект, — сказал он.

— Ты дал ей войти туда, где он лежал.

— Это моя ответственность.

— Не вся. Но твоя.

Он кивнул, надел пальто и забрал только папку с копиями. У двери задержался.

— Марте я позвоню сам.

— Это ваши отношения.

— Да.

Когда дверь закрылась, я не стала проверять, уехал ли лифт. На экране телефона мигал пропущенный от Ады.

Я перезвонила.

— Жанна, на общий адрес кампании пришло письмо от агентства, которое собирало пресс-пакет, — сказала Ада. — В теме «Согласовать или отменить». Они пишут, что формального отзыва задания не получили.

— Ничего не согласовывай. Перешли мне исходное письмо со всеми вложениями.

— Уже. На документе пометка «Черновик. Не для публикации».

Письмо появилось в моей почте. Подрядчик ссылался на прежний срок подготовки и просил либо утвердить текст, либо письменно отменить работу. Документ создали ещё до остановки кампании. Последняя редакция была сохранена Сабиной за день до того, как Роберт заморозил проект.

Я открыла вложение.

Первый абзац обещал новый бренд белья для реальной жизни. Второй называл основателей: предприниматель Феликс Ордынцев и бренд-стратег Сабина Рахманова. Моё имя появлялось ниже.

«Технический автор коллекции Жанна Ордынцева отвечает за адаптацию конструкций и контроль посадки».

Не основательница «По себе». Не владелица контрольной доли. Не автор библиотеки, без которой новой марки не существовало. Нонны в тексте не было совсем.

В комментарии Сабины к старой редакции стояло: «Формулировки отражают будущую структуру бренда и не затрагивают спор о правах на отдельные файлы». Она упаковала решение как уже наступившее будущее ещё до того, как мы остановили проект.