Книга Крепкий орешек, страница 61 – Ольга Дашкова

Ну, нет, конечно, такие женщины не предел мечтаний Геннадия Викторовича Орехова, у него вкусы более возвышенные и утонченные, но иногда он не против поиграть в такие ролевые игры.

Между делом был приготовлен ужин из принесенных утром соседкой Клавдией продуктов. Геннадий, конечно, сходил к ней, поблагодарил, заплатил, купил еще мяса, сыра, зелени. Запек в духовке, сделал гарнир, все-таки давно что-то он не готовил на кухне лично, все постоянно воспитывает и контролирует Василия.

Индюки были накормлены, баня затоплена, и в тот момент, когда Гена хотел вновь позвать Аделину, зазвонил его телефон. Мужчина поморщился, но не ответить было нельзя.

— Алло.

— Геннадий, я не понимаю, что происходит? Ты опять решил игнорировать звонки матери? А вдруг я при смерти, вдруг мне плохо, и некому подать воды? Вдруг у меня гипертонический криз или приступ астмы?

Такого рода претензии Гена слышал за двадцать прожитых вне отчего дома лет раз в неделю. По каким-то странным датам или когда луна в определенной фазе, мать начинала выносить мозг. Алевтина Сергеевна была в прошлом медицинским работником и умела оперировать медицинскими терминами.

— Мама, не преувеличивай, ты не при смерти, тебе не плохо, и тебе есть кому подать воды, чего только стоит твоя Кларочка, она зальет тебя водой, если ты попросишь.

— Клара – это не родной человек, а ты родной.

— Давай ближе к делу.

— Какой ты бессердечный и черствый, Геннадий, я не таким тебя воспитывала.

— Мать, не начинай. Ты знаешь, что бывает после беспочвенных предъяв и претензий.

Алевтина Сергеевна очень хорошо знала, Гена мог так осерчать, что любой спектакль с его якобы умирающей матерью в главной роли останется незамеченным.

— Геночка, я не понимаю, куда ты пропал?

Алевтина Сергеевна сменила тон, понимая, что сейчас давить на сына нельзя. Нужно выведать, где он, заманить снова к себе и вновь попытаться свести с Леночкой. Господи, да Орехова спит и видит, как ее сын все-таки будет женат. Остепенится, возьмется за ум и перестанет, как Казанова, скакать из постели в постель.

И лучше контролировать процесс «взятия за ум» и свести сына с проверенной женщиной. Леночка Воронкова была идеальным вариантом как двадцать лет назад, так и сейчас. Но Гена все воротил нос от счастья, что само шло в руки.

— Ты так быстро убежал, даже Леночка была в шоке.

Орехов закатил глаза, прошелся по кухне, выглянул в окно, задернул шторы.

— Не надо преувеличивать, никто там в шоке не был. И твоя Леночка тем более.

— Отчего же она моя? У вас, кажется, был роман, дело чуть до свадьбы не дошло. Как же я была счастлива, ты не представляешь.

Мать преувеличивала, с Ленкой максимум что было – это неудачный роман, попытка быть вместе, которая ничем не закончилась. Геннадий был долго уверен, что не рожден для брака, но, скорее всего, да не скорее всего, а точно – Лена просто оказалась не тем человеком, с кем Гена хотел бы прожить всю жизнь.

А то, что жениться нужно один раз и навсегда, на любимой и желанной женщине, это Орехов понял совсем недавно. Защищать ее, любить, оберегать, баловать. Бред, конечно, полный, это, наверное, свежий деревенский воздух ударил в голову, но озарение пришло внезапно.

— Так что ты хотела, мама?

— Ты знаешь, Кларочка гадала на кофейной гуще и нагадала свадьбу.