Книга Отчим. Куколка для Монстра, страница 65 – Ольга Дашкова

Это был он. Тогда я видела его. Видела и забыла, не придала значения.

Это был Горн. Моложе, но он уже тогда ненавидел моего отца и хотел убить.

Горн

Живу в гребаном собственном аду уже две недели.

Не могу находиться в доме, зная, что она там. Не могу подойти, потому что, как только я оказываюсь рядом и задаю одинаковые вопросы, начинает трясти от желания просто прикоснуться к ней.

Прижаться, вдохнуть полной грудью аромат кожи и волос. Просто чувствовать ее, при этом быть живым самому. Только когда я рядом с ней, со мной происходит такое; когда слышу дыхание, удары ее сердца, то мое собственное вырывается из груди, показывая, что я еще жив.

Пусть сопротивляется, пусть оскорбляет, дерзит, я кайфую от этого, кайфую с ней рядом, понимая, что, как только выйду за дверь, меня начнет выворачивать наружу от желания вернуться. Схватить ее, прижать к стене, целовать губы, глаза, лицо, запустить пальцы в длинные распущенные волосы и сдохнуть уже рядом с ней, у ее ног.

Девятнадцатилетняя девчонка, дочь моего врага, которого я проклинал все те годы после гибели брата и его жены. Дочь того человека, по вине которого чуть я сам не ушел на тот свет, после чего на моей спине остались ожоги воспоминаний, одним взглядом сломала решимость и настрой.

Сломала меня. Но при этом, когда Виталина рядом, я вновь живу, вдыхаю воздух, а не едкий дым горящего автомобиля. Виталина, Вита, «жизнь» — вот что значит ее имя.

Прикрываю глаза, выдыхаю, пытаюсь сосредоточиться на делах, осталось совсем немного — заставить мать и дочь отдать остальные акции компании мне. Есть и другой способ — избавиться от них, но я не до такой степени зверь, как покойный Туманов, который хладнокровно отдал приказ уничтожить своего компаньона и его семью.

Нет, я не такой. Я умнее и хитрее. Так я думал.

Но чтобы сосредоточиться на работе, память каким-то образом подбрасывает картинки из прошлого, того черного, пропитанного ненавистью и местью прошлого, которое было до этого момента словно в тумане.

Городская суета, я вхожу в здание, это кафе. Просторный холл, слишком яркие цвета, шум, это все отвлекает от поставленной задачи. Сжимаю в кармане кожаной куртки рукоять пистолета. Я знаю — здесь мой враг, и я должен его уничтожить.

Охрана Туманова осталась на улице, парни курят, совсем забыв о своей работе, я следил за ними с самого утра. А вот их хозяин где-то здесь, людное идеальное место, осматриваюсь, две двери, наверное, служебные помещения, через них можно уйти на задний двор.

Делаю несколько шагов в зал, но мой враг идет сам навстречу. Напрягаюсь, всматриваясь в черты лица Туманова, а у самого адреналин зашкаливает. Всего одно движение, нужно только нажать пальцем на спусковой крючок, и его не станет.

Не пойму, что меня останавливает сделать это прямо сейчас, но мы несколько секунд смотрим друг на друга, Туманов все понимает, он не дурак, я пришел за его грешной душой. Молчит, ждет, ничего не предпринимает, в глазах нет страха, лишь сожаление, а еще кривая ухмылка на губах.

Но когда рядом появляется девочка с огромными глазами, с голубой лентой в распущенных темных волосах, теряюсь. Это его дочь, но я не чудовище, чтобы убивать при ребенке, я не такой.

Это была она. Виталина. Девочка, что спасла жизнь своему отцу, отсрочила его уход на год, к которому я — даже немного жаль — не имею никакого отношения.