Онлайн книга «Две полоски. Двойная ошибка»
|
Что это? Буйство гормонов? Первые в моей жизни множественные оргазмы. Ощущение того, что рядом настоящие мужчины, пусть и опасные, но от этого все еще острее. Марк знает о Ваньке, но Клим ни слова о нем не спросил, Аверин не сказал ему. Почему? Это помешает делу, Шахов вспыльчив, эмоционален. Черт, не знаю, чего ждать дальше. — Мама! — Да, Вань, я в ванной. — Мы сегодня идем в кино, ты обещала. Да, я обещала, значит, идем, Гера приходил после отчима, который поднял нервы, заставил окунуться в прошлое и высказать все, что я о нем думаю. Плевать, зачем он приезжал, но не хочу его больше видеть, мразь поганая. Разговор с Герой вышел тоже странным. Было такое чувство, что все вокруг все знают лучше меня. Как жить, с кем спать, что делать. Сосед опешил, я решила, что это вернулся отчим, и с порога послала к черту, но Гера не растерялся, спросил, все ли у меня хорошо, смотрел пристально, чесал затылок, но приглашение в кино было принято. — Мам? Ванька появляется в ванной, лохматый, заспанный, такой забавный в футболке Супермена. — Конечно, пойдем, я обещала, и Гера в курсе. Если встал, то умывайся, сегодня без садика, но сидишь тихо, маме нужно с утра поработать. Чисти зубы – и чтобы тщательно, а я приготовлю завтрак. Пока варила кашу, зазвонил телефон, отвечать не хотелось, но пришлось. — Ты совсем с ума сошла? Как ты позволяешь себе разговаривать с отцом? – мать начала с претензий, на повышенных тонах, с нотками истерики. — Он мне не отец, – начала без приветствия. — Он воспитал тебя. Он дал тебе все самое лучшее, а ты… Ты как неблагодарная тварь относишься к нему. У Феденьки плохо с сердцем…. — Я буду благодарна, если твой Феденька сдохнет, но такие, как он, не умирают просто так. — Да как ты смеешь?!.. Сука неблагодарная! Почему я спокойна? Эти истерики матери не в первый раз: то я сука и тварь, потому что уехала от них в столицу, поступила в университет, не воспользовавшись «ценным» советом отчима работать на комбинате; то я шлюха, что родила вне брака не пойми от кого, и буду дальше опускаться еще ниже. — Если он или ты приедете ко мне и моему сыну без приглашения еще хоть раз, я скажу более обидные слова, не посмотрев на то, что ты моя мать. Но мать ты хуевая, – понижаю голос, сын все еще в ванной, льется вода. – Ты ничего не видела кроме себя, сносила унижения, принимая их как заботу, все то время, пока твой долбаный муж трогал маленькую девочку, твою дочь. — Замолчи… Замолчи, я не хочу слушать… — В этом вся ты, ничего не видишь и не слышишь. Прощай. Отключилась, бросила телефон на стол, сжала кулаки. Лучше расти без матери, чем вот с такой, которая, как слепая мышь, ничего не видит. — Мам? Кто звонил, Гера? — Нет, садись, вот каша, молоко, варенье, ешь. Сварила кофе, отошла к окну, на улице начинается прекрасный день, меня ждет поход в кино, ставлю на то, что фильм будет про супергероев. Мне бы надо поработать, заняться скучными переводами какого-то оборудования для пищевой промышленности, но настроя никакого. — Мама, телефон, сообщения. Это Гера? — Нет, это не Гера. Мне не очень нравится, что ты так к нему привязан. — А он не может быть моим папой? Смотрю на сына, накрывает чувство вины, я отвратительная мать. — Он не твой отец. — Но если вы поженитесь, он им будет. |