Книга Сдавайся Капитан, это Любовь, страница 5 – Ольга Дашкова

Перечитала дважды. Расписание полива? На две недели? На столе в летней кухне?

Я пошла в летнюю кухню, расписание действительно было на столе. Таблица со столбцами, с указанием культур, объема воды и временны́х интервалов. Внизу сноска: «При осадках более 10 мм корректировать согласно пункту 3».

Пункт три был на обороте. Поставила кофе, села, это надо было переваривать сидя, посмотрела на таблицу.

Значит, капитан Буров встал, сделал зарядку, полил то, что надо было полить, накормил гусей. Составил документ стратегического планирования для огорода. И все это до того, как я вообще открыла глаза.

Либо он робот, либо у него какое-то глубокое личное горе, которое он заполняет физическим трудом, дисциплиной и вот такими таблицами. Третьего варианта я не придумала.

Антон заглянул в дверь летней кухни, оценил обстановку и удалился. Он был единственным существом на участке, чья позиция по всем вопросам оставалась неизменной и последовательной, я его понимала.

В полдень я решила снимать контент. Концепция была простая: летняя деревня, гуси, натуральная эстетика, легкий юмор. Миллион просмотров, минимум усилий. Сделала венки из новых ромашек, благо их после свадьбы было много, включила музыку через колонку и приступила к работе с личным составом.

Антон венок надел, покосился на колонку. Это уже прогресс.

Музыку поставила хорошую, громкую, бодрую, с басами, именно то, что нужно для правильного настроения. Деревня должна знать, что на участке Потаповых жизнь продолжается и кипит.

Деревня узнала.

Дмитрий появился через семь минут. Вышел через калитку, не через дыру в заборе, как обычно делал Антон с товарищами, а именно через калитку, что само по себе уже было сигналом. А значит, это был официальный визит.

— Вероника.

Я не обернулась, я снимала.

— Вероника.

— Тихо, я работаю.

— А я делаю дневную разминку.

Опустила телефон и посмотрела на него. Футболка, спортивные брюки, лицо человека, которому помешали выполнять важное государственное задание.

— Дмитрий. Ты в отпуске.

— Мы уже обсуждали эту тему.

— И придем к тому же выводу?

— Убавь музыку.

— Антону нравится.

Антон в этот момент деловито снял венок и аккуратно положил его на землю, как вещественное доказательство. Потом посмотрел на меня, на Дмитрия, а потом ушел в сторону пруда с видом существа, которое умывает лапы.

— Предатель, — сказала ему вслед.

— Убавь музыку, — повторил Дмитрий.

— Нет.

— Пожалуйста.

Это было неожиданно. «Пожалуйста» в его исполнении прозвучало как слово из чужого языка, технически правильное, но явно непривычное во рту.

— Ого! — сказала. — Ты знаешь это слово!

— Я знаю много слов. Убавь музыку.

— Скажи еще раз «пожалуйста» с выражением, и я подумаю.

Он смотрел на меня семь секунд.

— Вероника, — сказал он на восьмой, — мы можем решить это цивилизованно или продолжать стоять и смотреть друг на друга.

— Второй вариант тоже ничего.

Что-то на его лице чуть дрогнуло. Что-то, что могло бы стать улыбкой при других обстоятельствах и другом человеке. Я убавила музыку, не потому что он попросил, а потому что мне так захотелось. Разница, кстати, принципиальная.

Именно в этот момент со стороны калитки раздался знакомый голос.

— Деточки! Я пирогов принесла! Со смородиной!

Баба Клава вошла с корзинкой, огляделась и немедленно начала нас двигать: