Книга Пышка и драконы берутся за дело, страница 52 – Лана Яснеева

— Ты платил ему гроши и наживался на его отчаянии, — спокойно говорит Май. — А когда понял, что на этом можно хорошо зарабатывать, начал требовать больше.

Я смотрю на Рона. На его проплешины. На его тощие плечи. На его затравленные глаза.

— Это правда? — спрашиваю я.

Рон кивает.

— Я говорил, что мне больно. Что мне нужно время, чтобы чешуя отросла. А он сказал... он сказал, что если я не дам ему больше, он найдёт другого дракона. Или, может быть, убьёт кого-нибудь и сдерет чешую с мёртвого.

В складе повисает тишина.

Жан поворачивает голову к Готфриду. Его золотые глаза полыхают.

— Ты угрожал убить дракона, — говорит он. В его голосе нет ярости. Только лёд. Страшный, смертельный лёд.

— Я не... я просто... — лепечет Готфрид.

— Ты наживался на страданиях моего сородича. Ты шантажировал его. Да ещё и угрожал убийством, чтобы держать его при себе.

— Это не преступление! — снова выкрикивает Готфрид. — Вы не докажете!

— Докажем, — спокойно говорит Май. — У нас есть свидетель.

Он кивает на Рона. Тот вздрагивает.

— Я... я всё расскажу, — говорит он сбивчиво. — Только... только не сажайте меня опять. Пожалуйста. Я не хотел никому зла. Я просто хотел выжить.

Май и Жан переглядываются.

— Это решит гильдия, — признает Жан. — Но мы замолвим за тебя слово.

В этот момент Готфрид делает отчаянный рывок — видимо, надеется проскочить мимо драконов к двери. Но Жан перехватывает его, прижимая к стене одной когтистой лапой.

— Стоять, — рычит он. — Ты арестован.

Я подхожу к Рону. Он смотрит на меня затравленно, но уже без страха. Скорее с удивлением — что человек может не бояться его, а пытаться помочь.

— Ты поступил правильно, — говорю я. — И гильдия обязательно зачтёт это и позаботится о тебе. А мы сделаем всё, чтобы восстановить справедливость.

— Почему вы мне помогаете? — спрашивает он тихо.

— Потому что ты не злодей. Ты просто отчаялся. А отчаявшимся нужно помогать, а не наказывать.

Он смотрит на меня и вдруг всхлипывает. Из тусклых покрасневших глаз молодого дракона катятся слёзы — огромные и горячие, от них даже пар поднимается.

— Спасибо, — шепчет он. — Спасибо вам.

Май подходит ко мне и обнимает меня крылом — широким, кожистым, невероятно тёплым. Я прижимаюсь к нему.

— Ты не должна была сюда приходить, — говорит он. — Но я рад, что ты здесь.

— Я тоже, — отвечаю я.

— Дело закрыто, — говорит Жан. — Вызываем стражу.

Ариана

Зал суда драконьей гильдии не похож на обычный суд. Здесь нет деревянных панелей и гербов — только камень, древний и тёмный, как сама драконья история. Высокие своды теряются в полумраке. Вдоль стен — каменные скамьи, на которых сидят члены гильдии: драконы в человеческом обличии, несколько старейшин, двое людей — приглашённые судьи из городского магистрата. Смешанный суд. Дело Готфрида касается и людей, и драконов, и судить его будут сообща.

Я сижу на скамье для зрителей и смотрю на Рона, который сидит между Жаном и Маем. Он сегодня в новой одежде, которую купила ему Гильдия: простая рубашка, пиджак, брюки. Выглядит он всё ещё бледным и тощим, но в глазах уже не тот затравленный ужас, что был на складе.

Готфрид сидит за столом ответчика. Рядом с ним — его адвокат. Я знаю этого человека. Виктор Морр, один из трёх лучших адвокатов города. Жан говорил о нём — они сталкивались в суде много лет назад, ещё до нашего знакомства. Высокий, сухопарый, с цепким взглядом и безупречной репутацией. Он никогда не проигрывает дела, за которые берётся. И сегодня он намерен доказать, что Готфрид не совершал никакого преступления.