Книга Приключения в Империи, страница 153 – Ольга Корлан

Дед выглядел… как обычно. Ни тени усталости, ни намёка на беспокойство. Только глаза — глубокие, мудрые, с прожилками золота на радужке — смотрели пристальнее, чем всегда. Они смотрели сквозь экран, сквозь расстояние, сквозь саму темноту, разделявшую их.

— Здравствуй, Аммелина, — сказал он. Голос был ровным, спокойным, но Ами знала — за этим спокойствием скрывается больше, чем она может представить.

— Здравствуй, дедушка, — ответила она, и её собственный голос показался ей чужим — слишком высоким, слишком дрожащим.

— Я знаю, зачем ты звонишь, — продолжил Саркскрин. — Я ждал этого звонка. И боялся его.

— Ты говорил с Чаром Кронтером? — спросила она, хотя ответ знала заранее.

— Мы обменивались сообщениями, — дед кивнул. — Он рассказал мне о сигналах. О созвездии Лиры. О том, что салергины активизировались. Я слушал его и думал: «Теперь она позвонит. Теперь она скажет, что должна лететь». И ты позвонила.

— Ты считаешь, что это ложная тревога?

— Нет, — он покачал головой. — Я считаю, что это опасно. Ложная тревога не убивает, Аммелина. А салергины — убивают. Они убивали два века назад. Они убивают сейчас. И они будут убивать, пока кто-нибудь не остановит их.

Ами почувствовала, как Эльван за её спиной стал напряжённее. Она не оборачивалась — знала, что он слушает. Каждое слово. Каждый вздох. Значит, и дед знал.

— Я должна лететь, — сказала она, и в голосе её зазвучала та сталь, которую она так долго училась в себе растить. — Если они активизировались, если они что-то замышляют… мы не можем сидеть сложа руки. Мы должны понять, что они делают. Должны остановить их, пока не поздно.

— «Мы»? — Дед поднял бровь. В этом жесте было что-то знакомое, почти родное — он всегда так делал, когда хотел показать, что удивлён, хотя на самом деле не удивлялся ничему.

— Я и Эльван, — ответила Ами. Она не стала прятать. Не видела смысла. — Он здесь. Рядом со мной. Мы летим вместе.

Саркскрин не удивился. Только перевёл взгляд — чуть выше, чуть левее, туда, где, по его расчётам, должен был стоять Эльван.

— Я знаю, что он там, — сказал дед. — Я чувствую его присутствие. Воины чувствуют друг друга, даже через голографатор. Даже через расстояние в несколько световых лет. Он стоит у тебя за спиной и молчит. Но я слышу его дыхание.

Эльван шагнул вперёд, встал рядом с Ами. На экране теперь были видны оба — она, бледная, с горящими глазами, и он, спокойный, с застывшим лицом, на котором не отражалось ровным счётом ничего. Только плечо — то самое, раненое — чуть заметно подрагивало, выдавая напряжение, которое он так старательно скрывал.

— Здравствуйте, Великий Друид, — сказал Эльван. Голос его был твёрдым, как металл.

— Здравствуй, командир, — ответил Саркскрин. — Я вижу, ты уже оправляешься после ранения.

— Да, Владыка, — Эльван кивнул. — Рана затягивается. Скоро я буду в полной форме.

— Я рад это слышать, — дед помолчал, и в этой паузе было что-то тяжёлое, почти осязаемое. — Но ты не ответил на мой вопрос, хотя я его ещё не задал.

— Какой вопрос, Владыка? — спросил Эльван.

— Ты летишь с ней, потому что хочешь, или потому что должен?

Наступила тишина. Ами смотрела на деда, потом перевела взгляд на Эльвана. Его лицо не изменилось, но она заметила, как дёрнулся кадык, когда он сглотнул.