Книга Приключения в Империи, страница 114 – Ольга Корлан

Он щёлкнул пальцами, и в центре аудитории засветился голографический куб. Внутри него медленно вращалась прозрачная капсула, наполненная бледно-голубой жидкостью.

— Питательная среда, — пояснил он. — В ней выращиваются новые тела. Кожа, мышцы, кости, органы — всё это создаётся из одной-единственной клетки донора.

Он увеличил изображение. Внутри капсулы я разглядела крошечный зародыш — сгусток клеток, пульсирующий в такт невидимому сердцу.

— Процесс занимает время, — продолжал преподаватель. — От нескольких недель до месяцев, в зависимости от сложности организма. Но главная проблема репликации — не тело.

Он сделал паузу.

— Сознание. Оно не переселяется в новое тело автоматически. Для этого нужен специальный ритуал. Сложный. Доступный только магам высшего уровня.

— А есть ли другие способы? — спросила я.

Преподаватель посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на мешочке на поясе.

— Есть, леди Корлан. Несколько лет назад при участии Великого Друида была создана разработка. Военная. Секретная. — Он понизил голос. — Небольшой прибор, названный «хронос». Он позволяет перенести сознание из умирающего тела в готовую реплику.

Я почувствовала, как пол под ногами уходит в пропасть.

— А как он выглядит?

— Чёрная матовая полусфера в жёлтом ободке.

Я сглотнула.

— Ами? — Алика дёрнула меня за рукав. — Ты чего?

— Всё в порядке.

Но это было не так. В мешочке на моём поясе лежал хронос. Дед отдал его мне. Зачем? Неужели у меня тоже есть реплика?

— Прибор необходимо настроить на конкретного человека, — продолжал преподаватель. — И держать не дальше двух метров от него. Когда реплика готова, хронос считывает состояние реципиента. Если оно критическое — запускается процесс переноса. При желании его можно запустить самостоятельно.

— В любой момент?

— В любой. Главное — чтобы реплика была в зоне доступа. Это порядка 500 млн километров.

Я слушала и чувствовала, как внутри закипает странное волнение. Пальцы сами сжали мешочек. Хронос ответил — короткой тёплой пульсацией.

«Теперь я знаю, для чего ты мне нужен», — подумала я.

*****

Практическое занятие проходило в лаборатории — стерильно-белой, пропахшей озоном. В центре стояла большая капсула. Внутри, в бледно-голубой среде, плавал небольшой организм. Ящер. Чешуя переливалась в искусственном свете, грудь равномерно вздымалась.

— Третья неделя репликации, — пояснил преподаватель. — Ещё две — и он будет полностью сформирован.

Я смотрела на ящера и думала о другом. О теле, которое когда-нибудь может понадобиться мне. О хроносе, который ждёт своего часа.

О том, кем был этот ящер, лучше было не думать.

****

Через неделю нас отправили на тренировочный вылет. Задание — патрулирование сектора Эпсилон-два. Отработка сканирования и уклонения от дронов.

Я поднялась на борт учебного катера. Маленький, юркий, без излишеств. Но для меня он был прекрасен.

Я провела предстартовую проверку. Двигатели — в норме. Сканеры — в норме.

— «Восемь» на вылете.

— Разрешение получено.

Шлюзы открылись. Катер выскользнул в открытый космос.

Звёзды. Бесконечные, живые. Я смотрела на них через обзорный экран и чувствовала, как напряжение уходит. Здесь, в пустоте, я была собой. Не леди Корлан. Не племянницей Императора. Просто Ами. Человек, который любит космос.