Онлайн книга «Волк в ее голове»
|
И вот хлев разрушен. Уничтожен. Пал жертвой батиной стыдливости перед чужой девицей. Охапка «первой помощи» падает на стол. Злыми тычками я бужу телефон и врубаю «Усатое радио». Сделаем громче. И ещё. Чё, пап?.. Ой, совсем тебя не слышу. Я швыряю мобильный на стол, и тот проезжает по гладкой поверхности, сбивает на пол ключи. Грохот, дрязг. Раздражение. На почте я прицепил брелок Вероники Игоревны к своей связке, и теперь на ней дремлют вечным сном и мёртвые птички, и ключи от гимназии, и тот спиральный ключ. Слишком странный для дверей гимназии и слишком незнакомый для Дианы. Откуда он? От чего? Когда я поднимаю его, моё внимание приковывает надпись, которую выгравировали на головке. «FFSWNOD»? Нет. Э-э-э. «NWFOOD»? «NWSEAFOOD»? Проморгавшись от тумана в глазах, я поднимаю синего уродца и освещаю экраном телефона. Ну да. «NWSEAFOOD». Абракадабра перекочёвывает в поиск сотового. Мобильный интернет грузит страницу медленно, издевательски медленно, и только спустя минуты две в первой строке появляется сайт с логотипом-рыбкой. Рыбка синяя, а флажок, которым она машет, красный — с надписью «NWSEAFOOD». NWSEAFOOD https://www.nwseafood.com › … КОМПАНИЯ «NWSEAFOOD» — ОДНО ИЗ КРУПНЕЙШИХ В МИРЕ ПРЕДПРИЯТИЙ ПО РАЗВЕДЕНИЮ АТЛАНТИЧЕСКОГО ЛОСО… Тыкаем в ссылку и ждём ещё с минуту. Ждём. Ждё-ом. Как же я люблю наш Северо-Стрелецкий интернет!.. Неторопливо, по кускам, вылезает главная страница «рыбки», где плещется та самая лососятина. Я наскоро проглядываю текст приветствия и вбиваю в поиск по сайту «Северо-Стрелецк», затем Омск. Оба раза — шиш. — Сына! — прорывается сквозь музыку. Я вздрагиваю и после секундного колебания уменьшаю звук. Дверная ручка медленно поворачивается, елозя металлом по металлу, тихо клацает задвинутый шпингалет. — Сына, открой. — Я сделал тише. В коридоре скрипят половицы. — Я там мюнхенские колбаски пожарил. И оставил денег на холодильнике. Ты помнишь, что меня не будет? — Я не голоден. Мой желудок, точно в протест, оглушительно урчит. — Ты Диану видел? — спрашивает батя неловко. — Чё? — удивляюсь я. — Ей нужны деньги? Ты ей предложил у нас пожить? Не зная, как реагировать, я хихикаю. Откуда подобная забота? Исподволь проникает чувство вины: что не сообразил, что вообще не подумал отвести Диану к нам. Хотя с её гордостью… — Пап, мы с ней… мы сами разберёмся. За дверью возникает пауза. — Так ты предложил? — Пап! Пауза повторяется. — У тебя всё в порядке? — спрашивает он медленно, вкрадчиво. Так войска топают в обход, когда не пробиваются по центру. — Я не голоден. — Почему в аптечке копался? Ладони покрываются потом, будто у преступника на допросе. — Можно не говорить при посторонних про мои прыщи?.. — Так… — Батя прочищает горло. — Так… а с учёбой? Вот куда двигались войска. Вот изначальная цель обходного манёвра. Я с досадой выдыхаю носом. Вспоминается, как мы регистрировали батю в электронном дневнике. Он минут двадцать с ворчанием и матом заполнял анкету, выбирал секретный вопрос (это оказалась «Фамилия вашего любимого музыканта»), чтобы в итоге ужаснуться двойкам по географии и общаге. Объяснение, что я уже исправил параши, но преподы ещё не вписали новые оценки, батю не убедило. Пошли вкрадчивые вопросы, затем вдохновенная лекция на тему «ты должен учиться, чтобы уметь обеспечить себя и свою семью», которая звучала тем громче и возмущённее, чем яснее батя видел мой скепсис. Потому кулак ударил по столу, хлопнула дверь, и на неделю воцарилось угрюмое, кладбищенское молчание. |