Книга СОЛИС, страница 9 – Паола Мендоса, Эбби Шер

Но имеет ли это значение? Узнает ли он меня сейчас? Прошёл почти год с тех пор, как я видела его в пустыне. Меня пытали и издевались надо мной, называли "злобным предателем и угрозой Новой Американской Республике". Уверена, Нику есть что сказать мне о том, как я предала общее дело и опозорила семью. Он ни за что не простит меня. Но если бы мы могли просто поговорить...

Один из офицеров подталкивает меня к палатке справа. Когда я вхожу, толстый серый брезент бьёт меня по лицу. Запах здесь в тысячу раз хуже. Всё кишит мухами. Здесь две дюжины клеток, заполненных людьми-тенями. Они спят, стонут, плачут, обнимают друг друга, шепчутся — и всё это одновременно в каждой клетке площадью чуть больше двух квадратных метров. Я точно знаю, что там всего два квадратных метра, потому что, когда проходила обучение в СД, мне приходилось измерять один из проектных планов. Я считала себя умной и проверила соответствие всех чертежей друг другу, чтобы каждая клетка в каждой палатке была одинаковой.

— Представляете, сколько пленников поместится в каждую клетку? — помню, с восторгом заметила я на собрании СД, ни на миг не предполагая, что стану одной из них.

Одна из клеток открывается, и офицер заталкивает меня внутрь. Я натыкаюсь на угол металлической двухъярусной кровати и ругаюсь себе под нос, но никто не поднимает глаз. Большинство женщин стоят тесным кругом, держась за руки. В середине кто-то тихо напевает, некоторые подпевают в унисон.

— Прекращаем этот ведьмин шабаш! — приказывает офицер СД. Его голос разрывает установившуюся тишину. — Сегодня у вас особая гостья.

Он пинает меня ботинком со стальным носком и хихикает, когда я хватаюсь за перекладину клетки, чтобы не упасть. Женщины в палатке поворачиваются ко мне. Их тела, кажется, поворачиваются в замедленной съёмке. Они оглядывают меня с ног до головы. Я смотрю, как они разглядывают моё покрытое синяками лицо, растрёпанный светлый хвост, белую кожу. Я никогда раньше не ощущала тяжести своей кожи, её ослепительную бледность невозможно отрицать.

— Она из СД, — объявляет офицер и фыркает. — Точнее, была, пока не решила сгнить здесь вместе с вами.

Потом он выходит из клетки и запирает за собой дверь. Я слышу, как кто-то рядом судорожно втягивает воздух. Десятки глаз впиваются в меня со смесью ужаса и ненависти.

И я знаю, что они видят только одно: врага.

Когда открывается дверь, я держу Кенну за руку в ночном молитвенном кругу нашей клетки.

— Рания, — настойчиво шепчет Кенна, сжимая мне ладонь, — ты только посмотри.

— Прекращаем этот ведьмин шабаш! Сегодня у нас особая гостья.

Полицейский врывается в нашу камеру, таща за собой новую жертву. Я слышу общий вздох, когда все смотрят на большие голубые глаза этой девушки, её светлые волосы и бледную кожу.

— Она из СД, — со смешком объявляет офицер. Девушка лихорадочно оглядывается по сторонам. Понятия не имею, что она ищет. Очевидно, что выхода нет. — Точнее, была, пока не решила сгнить здесь вместе с вами.

Она предпочла быть с нами? Непонятно. Должно быть, она совершила что-то ужасное. Никогда не слышала, чтобы офицер СД настолько сбился с пути истинного, что оказался в трудовом лагере. Мне, честно говоря, любопытно, какое преступление против Других 49 Штатов она могла совершить.