Книга СОЛИС, страница 36 – Паола Мендоса, Эбби Шер

— Имба! — радостно воскликнула она.

— Имба! — повторила я.

На следующую ночь, когда я вернулась с вечерней "трапезы", Иза ждала у моего лежака. С ней был маленький мальчик; ему не могло быть больше 3 лет. И снова Иза сняла робу и прочитала мне ту записку, громко и уверенно. На маленького мальчика это явно произвело впечатление. Он снял свою робу и тоже протянул его мне.

— Прочитай тоже, — попросил он. — Об Эстебане.

На его робе не было никаких надписей, только грязь, пыльца и слабый запах засохшей мочи.

— Эстебан, — повторила мне Иза, будто напоминая.

— Понятно… Эстебан… — пробормотала я.

Оба выжидающе смотрели на меня, хотя больше читать было нечего. Поэтому я решила вместо этого что-то сочинить и рассказать им.

— Давным-давно жил-был мальчик по имени Эстебан, который жил в...

— Чили! — воскликнул Эстебан.

— Хорошо, в Чили. И он любил...

— Пирожки!

Иза пришла в восторг и захихикала.

Другие дети в нашей клетке, должно быть, услышали, и начали медленно подсаживаться к нам. Каждый раз, когда я делала паузу, кто-нибудь другой продолжал мою сказку про Эстебана. Они подарили ему совершенно новую, полную приключений жизнь со множеством перипетий. К концу сказки Эстебан жил в Чили с 5 фиолетовыми лошадьми, 3 цыплятами, 2 козами, собственной радугой и футбольным полем, сделанным из жевательной резинки. Мальчик был очень рад.

После этого всё больше детей приходили ко мне по вечерам после переклички. Мы вместе сочиняли сказки, а Кенна учила их детским стишкам и песенкам. Сначала некоторые мамы нервно оглядывались на нас, не понимая, что происходит, но я успокоила их, что всё в порядке. Я знала, что они, должно быть, в тысячу раз более измотаны, пытаясь заботиться о ребёнке или детях, пока их мучат непосильной работой. Эти женщины были похожи на призраков.

— Слово "призрак" начинается с "пр", — сказал мне Эстебан.

— Не с "пр", а с "п"! — поправила Иза.

Именно Кенна подала мне идею превратить этот новый ритуал в своего рода школу. Однажды вечером, когда мы были с детьми, она села на земляной пол и начала выводить пальцем буквы английского алфавита, старательно произнося их. Дети ахнули, как будто она волшебница. Затем каждый из них по очереди обводил пальцами её буквы. Мы повторяли алфавит каждый вечер, пока одна из мам не сказала детям, чтобы они оставили нас в покое, что я очень оценила, но через несколько дней мы с Кенной согласились, что нам обеим нужна школа так же, как и им. Так мы могли отвлечься или помечтать, когда всё остальное казалось невыносимым.

Через неделю я стала преподавать им математику — в основном простое сложение и вычитание. Мы выводили предложения на земле, а Лилиана помогала им рисовать автопортреты. Однажды мы взяли буквы из наших имён и сказали каждому написать предложение к каждой букве. Мой шедевр, чтобы вдохновить их, звучал так:

Р: Рада чему-то вас научить.

А: Алфавит начинается на эту букву.

Н: Никто не одинок.

И: Ириски — мои любимые конфетки.

Я: Я ещё многому вас научу!

Дети все так обрадовались, даже маленькая Миши с вырванными волосами, которая обычно просто смотрела на нас, посасывая большой палец. Её мать говорила, что у Миши проблемы со слухом, но девочка всё равно хотела присоединиться к нам. Поэтому другие дети решили разыграть ей свои стихи и истории. Не успела я опомниться, как они запланировали небольшое представление для всей клетки. Каждый из них хотел прочитать стихотворение или историю для всех и попросил меня сказать, где им встать. Это должно было стать их особенным событием. Итак — сегодня вечером.