Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— Я слышала про отшельников. — Голос Софи стал тише. — Матвеев обмолвился как-то. Говорили, они конкретно поругались с колонией и ушли. Сначала были стычки, а потом затихло. Официально — все погибли от голода, но если ты и вправду видела одного из них… Она не договорила, но её взгляд закончил мысль: «Значит, руководство Ковчега лжёт и переписывает историю». В её глазах больше не было жалости — я видела в них холодный, расчётливый азарт. Она не верила в мои «сказки», но испытывала интерес к реальному заговору, в который я могла случайно ткнуть пальцем… Над нашими головами, заходя на посадку, с гулом и треском пролетел грузовой глайдер и скрылся за ближайшим куполом. А органы чувств подсказывали, что что-то неуловимо изменилось. Кажется, менялось освещение вокруг нас — тёмные скалы и даже сам воздух приобретали пурпурный оттенок. Я посмотрела вверх, на огромное фиолетовое небо — цвет его становился резче, темнее. Я почти видела, как в вышине, вдоль кромки слабой атмосферы Ковчега бегут знойные сполохи заряженных радиацией ветров — так бывало, когда Отец выглядывал из-за белой Матери-звезды и на несколько часов окунал Ковчег в плотные потоки ионизирующего излучения. — Назад, под купол, — распорядилась Софи, решительно хватая меня за руку. — А почему они ушли? — спросила я, последовав за ней. — Отшельники эти… — Были какие-то разногласия сразу после крушения «Первопроходца». Всё довольно туманно. — Софи ускоряла шаг, поглядывая на браслет. — Насколько я поняла, руководящий состав разделился во мнениях, как дальше жить. Отшельники хотели полностью изолировать Ковчег от остального Сектора, но большинство решило создать проект «Опека», чтобы не сжигать мосты. Спорили настолько горячо, что дошло до кровопролития, и потому, чтобы не усугублять, решили разойтись… Воздух вокруг нас будто запищал, наполнившись невидимыми раскалёнными иглами. Резкая боль вбила себя в глазные яблоки — смотреть на скалы стало невозможно, словно в упор на сварку. И тут же, разрезая этот жужжащий кошмар, взвыла сирена в браслете — на дисплее замигал красный треугольник, крича о превышении дозы в десятки раз. — Этот мир совсем не такой, каким хочет казаться, — пробормотала я, ускоряя шаг. — У него тоже есть свои секреты, свои застарелые раны, готовые вспыхнуть в любую минуту. Он скрытный, не говоря уже о том, что здесь без защиты в два счёта обуглишься под ультрафиолетом или заледенеешь. Или сначала превратишься в ледышку, а потом обуглишься… Не думала, что когда-нибудь скажу это — но я хочу домой. — Теперь у тебя есть повод вернуться. Кто-то же должен спасти мир от вторжения. В глазах Софи под стеклом маски мелькнула задорная искра — напускная, но отчаянная попытка подбодрить. — Спасать миры — не по моей части, — горько усмехнулась я. — Я мастер по части мести и разрушения. Всё, к чему я прикасаюсь, летит в тартарары. Марк, «Виатор», Рамон… Я не спаситель, Софи. Я — бледный всадник или… сама беда… Небольшая дверь в основании купола отворилась, впуская нас внутрь. Выглядывая из-за белого шара, следующие несколько часов фиолетовый Отец будет прицельно бить излучением по Ковчегу из-за плеча Матери. Находиться в такое время на открытой местности, пусть даже вне прямой видимости звезды, становилось небезопасно, поэтому нужно было поспешить и вернуться обратно в городок. Снова в клетку. Под искусственное небо куполов, в золотую, стерильную, прозрачную клеть, затянутую саваном недружелюбного лилового неба… |