Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
Это устройство неуловимо напоминало шипастый саркофаг — «железную деву», пыточное орудие средневековья. Немного помедлив, я собралась с духом, аккуратно перешагнула бортик и приняла горизонтальное положение. Крышка с механическим гудением закрылась, и меня окутала тьма… * * * Мне показалось, что прошло несколько секунд, но организм не обманешь — желудок яростно зарычал в животе, требуя пищи, и этот звук был древнее и честнее всех моих ощущений. Почти тотчас же, будто почувствовав моё пробуждение, крышка «гроба» медленно поднялась. Первое, что я увидела — девушку, что пристально смотрела на меня сквозь глазок цифрового монокля. Аврора водила лучом диагностического фонарика по моему лицу. — Ну как вы тут, не соскучились? — спросила она и принялась внимательнее прежнего разглядывать меня со всех сторон, поворачивая мою голову то так, то этак, аккуратно притрагиваясь то к щеке, то ко лбу. — Не соскучилась, но изрядно проголодалась, — призналась я. — И голова болит. — Это же хорошо. Значит, вы живы и в здравии. Готова поспорить, у спящей красавицы из небезызвестной сказки голова не болела… Я вижу, всё прошло удачно. — Она сдёрнула монокль и улыбнулась — не профессионально, но по-человечески. — Одевайтесь и знакомьтесь с собой. Зеркало там, — махнула она рукой. — Первое время будет непривычно. Она деликатно вышла, а я оделась и подошла к зеркалу. На меня смотрела совершенно незнакомая девушка. Чистый лист. Никто. «Неужели это я? Интересно, что сказал бы Марк? Наверное, не узнал бы. Да никто бы не узнал…» Проведя рукой по скулам, я ничего не почувствовала — кожа была гладкой, но онемевшей, чужой. Я пригляделась и увидела россыпь маленьких точек, словно дырочек. Симметричные, они образовывали пунктирные линии — по уголкам щёк, над бровями, под подбородком, у сводов нижней челюсти… Проколы от подкожных манипуляций, которые, если не вглядываться, походили на едва заметную, ненавязчивую боевую раскраску какого-нибудь первобытного племени. Аврора из соседнего помещения сообщила: — Следы затянутся через денёк-другой. Советую некоторое время отсидеться и не отсвечивать под камерами — мало ли что… — Да теперь меня не то что камеры — даже родная мама не узнала бы, — пробормотала я. Через несколько минут я аккуратно подвела глаза, вывела стрелки и нанесла на губы неброскую помаду. Шрам был скрыт под волной гладких блестящих волос до плеч. Я ещё немного покрасовалась перед зеркалом — отражение наконец-то приобрело человеческий вид. Я начинала привыкать к нему — как к новому дому. Покинув частный салончик с флаконом рефракторного средства для кожи, я выбралась на крыльцо и в очередной раз поблагодарила технический прогресс, который, как оказалось, пробрался в самые отдалённые уголки цивилизации. Автомобильный гудок разорвал тишину — Фёдор, как всегда, не спрашивал, но уже звал, сидя в заведённом джипе… * * * Пообедав бутербродами с яйцом прямо в машине, мы с Фёдором провели в разъездах весь оставшийся день, объезжая одинокие дома тех, кого городская жизнь списала со счетов. Я немного жалела о том, что нужно продолжать путь. Хотелось осесть в этих тихих местах, где технический прогресс не убил, не выхолостил ценность человеческой жизни и жизни вообще. Где можно было погреться у камина за непринуждённой беседой, а вечером выйти на крыльцо и вдохнуть свежий зимний ветер, несущийся сквозь поля в неведомые дали. Где меня ждали, и я была желанна — не потому, что хотели использовать в своих целях, а потому, что рассчитывали на мою помощь. Здесь было спокойно, и эта первобытная тишина рождала умиротворение и ощущение единения со всей огромной Вселенной. Однако для меня это был чужой мир — и Екатерина, жена Фёдора, каждым своим взглядом давала мне это понять… |