Книга Моряк, страница 57 – Ларс Кеплер

Теперь он сидит в изолированной комнате для свиданий и чувствует, как под рубашкой из подмышек начинает течь пот.

Окно за решёткой полосато от высохшей грязи после дождя. Небо над крышами серое, как дым пожара.

Роберт рассеянно листает материалы окружного суда и приговор, пьёт воду из небелёного бумажного стаканчика и ставит его на исцарапанный сосновый стол.

Дверь открывает сотрудник изолятора. Лауритс Гранд входит в мешковатой тюремной одежде и садится.

Он небрит, волосы зачёсаны назад водой, глаза красные.

Дверь закрывают снаружи, замок металлически щёлкает.

— Роберт, какого чёрта, — стонет он.

— Знаю. Мы уже запросили разрешение на апелляцию, сегодня начинаем готовить жалобу, сразу берёмся заново…

— Но я не понимаю. Я же невиновен. Почему мне не верят?

— Они полностью…

— Я не убийца, — перебивает Лауритс. — Я невиновен, не могу здесь сидеть. Я не делал того, в чём меня обвиняют.

— Суд полностью принял версию обвинения. Мне казалось, мы разбили все доводы, но заседатели действительно были не на нашей стороне.

— Это же полное безумие, — говорит он и трёт лицо ладонями.

— Лауритс, я ведь предупреждал: первая инстанция всегда зыбкая почва, настоящая проверка начинается в апелляционном суде.

— Меня это ужасно напрягает. А если и там осудят? Пожизненное, двадцать лет. Я не могу сидеть двадцать лет, я ничего не сделал.

— Знаю, Лауритс. Я тебя знаю уже… сколько? Почти пятнадцать лет.

— Ты друг — и мне, и нашей семье. Ты знаешь, в бизнесе я бываю жёстким, но убивать людей — это безумие.

— Мы выиграем апелляцию. Держимся этого…

Много лет Роберта Кварнстрёма нанимала семья Гранд, когда кому-то из родственников грозили обвинения, подозрения или иски о возмещении ущерба. Два года назад он представлял старшего сына Хеннинга Гранда, задержанного за вооружённое ограбление банка, и добился полного оправдания. Роберт столько раз вмешивался и спасал семью от скандалов и неприятных последствий, что теперь его часто приглашают на их большие праздники.

— Кстати, ты говорил с моим братом? — спрашивает Лауритс.

— После приговора нет, но я…

— Обязательно позвони Хеннингу, успокой его… ещё одного инфаркта нам не надо. Только, пожалуйста, не говори, что я собираюсь заставить его вернуться в Швецию, в руководство. Если я сяду на много лет, придётся управлять всем через него.

— Я думал, это не рассматривается.

— Не рассматривалось. Но этого я не ожидал.

По официальной версии Лауритс выкупил долю старшего брата в концерне, потому что у Хеннинга начались проблемы с сердцем, стресс и напряжённый ритм работы на самом верху шли ему во вред. Но однажды Лауритс рассказал Роберту правду. Был разгар лета, и оба слегка выпили в гольф-клубе. Лауритс признался: на самом деле это была борьба за власть над семейным концерном. Он считал, что старший брат не понимает, что нужно компаниям для развития.

В конце концов оба остались довольны разделением. Компании продолжили расти, а старший брат смог всё время посвящать сохранению биоразнообразия тропических лесов вместе с Amazon Watch и Greenpeace.

— Скоро встреча в офисе, — говорит Роберт и встаёт.

— Держи меня в курсе.

• • •

Роберт Кварнстрём возвращается в адвокатскую контору, встречается с двумя другими партнёрами и вместе с ними формулирует заявление фирмы по итогам суда первой инстанции.