Книга Моряк, страница 149 – Ларс Кеплер

Дверь в тёмную ванную открыта.

Бьянка подходит к столу, прислушивается, чувствует, как учащается пульс, поддаётся импульсу, протягивает руку и открывает ноутбук.

Он ещё не перешёл в спящий режим, экран не заблокирован.

Открыта папка Sailors & Mermaids.

Внутри около двадцати зашифрованных видеофайлов.

У правого края экрана есть активный свёрнутый значок. Бьянка нажимает и резко вдыхает, когда изображение раскрывается на весь экран.

Это прямая трансляция из тесной гостиной с закопчённым камином и моделью парусника на окне с переплётами.

Веб-камера направлена вниз, на дощатый пол.

На чёрном брезенте лежит голая женщина, нижняя часть тела жестоко стянута колючей проволокой.

Глаза женщины широко раскрыты, взгляд потрясённый; она быстро и неглубоко дышит, кровь идёт из носа и раны на затылке.

От боли её вырвало — лужа рвоты лежит на чёрном пластике рядом с лицом.

Бьянка снова сворачивает изображение и закрывает компьютер.

В ушах звенит, словно она только что пробила поверхность воды.

Она пятится на свинцовых ногах, тело ледяное.

Снаружи доносится шум. Бьянка оборачивается и бесшумно спешит на кухню.

Входная дверь открывается и закрывается.

Бьянка хватает кухонное полотенце, поворачивается спиной к прихожей и начинает вытирать мокрые от дождя волосы.

Блестящие рыбки постепенно замирают.

Она слышит, как кто-то входит сзади, но делает вид, что не замечает, собирается и продолжает вытираться.

— Бьянка?

Она оборачивается и улыбается. Гибсон осветлил волосы и держит в руке молоток.

— Прости, я взяла полотенце.

— Сосед позвонил, попросил помочь повесить картину.

— Красивая? — легко спрашивает она.

— Нет.

— Ха-ха.

Она отжимает кончики волос, кладёт полотенце на мойку и снова смотрит на него.

— Два настоящих блондина, — говорит она с улыбкой, чувствуя, как лицо сводит от напряжения.

— Не хочу, чтобы меня узнавали, — с необычной медлительностью объясняет он.

— Красиво. Очень красиво.

— Думаешь?

— И поздравляю. Поэтому я здесь, — она показывает на цветы. — Я невероятно рада за тебя.

Он смотрит ей в глаза, медленно кивает, кладёт молоток возле мойки, открывает шкаф и достаёт вазу.

— Прости, что явилась без предупреждения, — говорит она с бешено бьющимся сердцем. — Ты не отвечал, я подумала, может, номер поменял или что-то такое.

Он смотрит, словно пытается прочитать, сколько она знает: боится его или просто, как обычно, тоскует по нему.

— Кофе будешь?

— Почему бы и нет, — отвечает она, чувствуя нервные подёргивания губ.

Он смотрит с какой-то печалью, отворачивается и засыпает зёрна в кофемашину. Пот стекает по спине Бьянки. Она прижимает ладонь к дрожащему рту. Мысли в панике мечутся в разные стороны, внезапно останавливаются и бросаются снова. Большие руки Гибсона медленно двигаются между шкафом и столешницей.

— Можно немного осмотреться? — спрашивает она и через секунду понимает, что эти слова, возможно, спасут ей жизнь.

— Конечно. Дай секунду.

— Ха-ха, теперь мне любопытно… у тебя тайны? — спрашивает она почти по-настоящему беззаботно.

— Только работа, — отвечает он и выходит из кухни.

Она дрожит, снимая бумагу и целлофан с букета и наполняя вазу водой. Человек, увидевший то, что увидела она, не стал бы спрашивать разрешения «немного осмотреться».

Гибсон возвращается, бормочет «красивые цветы» и продолжает готовить кофе. Она ставит вазу в центр белого стола и вздрагивает от звука кофемолки.