Книга Моряк, страница 13 – Ларс Кеплер

— Привет, папа… я играю в Sims, которая ещё даже не вышла, — улыбается он, одновременно показывая жестами.

— Ты в порядке? — спрашивает Эрик и с трудом сглатывает.

— Всё отлично, только скучаю по тебе, — отвечает Орландо и немного поправляет слуховой аппарат.

— Скоро ты вернёшься домой, — говорит Эрик, одновременно переводя слова на язык жестов.

— Почему ты грустный? Что-то случилось? — спрашивает Орландо.

— Нет, просто… я за тебя переживаю. Боюсь, что тебе одиноко.

— Всё нормально. Мне дают пиццу и мороженое, и я смотрю много смешных фильмов.

— Шикуешь…

— А ещё Майлз учит меня играть в шахматы, — говорит он и продолжает жестикулировать.

Белль протягивает руку к телефону, показывая, что разговор окончен.

— Орландо, я люблю тебя, — торопливо говорит Эрик. — Я ради тебя сделаю что угодно, никогда этого не забывай…

Изображение внезапно исчезает, экран чернеет. Рука Эрика дрожит, когда он возвращает телефон.

— С ним всё хорошо, — говорит Белль. — До завтра он в безопасности… но если ты по какой-то причине провалишь задание, я уже не смогу ему помочь.

— Я сделаю то, что должен, — тихо отвечает Эрик.

— Я знаю, — улыбается Белль. — Прими снотворное, ложись не позже половины десятого… а в пятницу просто иди по плану шаг за шагом и не думай наперёд. Обычно так лучше.

Белль выходит. Эрик запирает за ним дверь, идёт в ванную, принимает душ, чистит зубы и ложится. Закрывает воспалённые глаза и думает о том, что, рассказывая, как «Майлз» учит его играть в шахматы, Орландо руками показал знак «сын Белля».

Эрик ощущает себя чужим самому себе и пугающе пустым изнутри, потому что всерьёз думает о том, чтобы завтра убить человека.

• • •

Полная луна бросает ржавый свет на луг с ромашками. Белые лепестки сливаются в гладкую поверхность озера.

Эрик нагишом бредёт среди высоких цветов, и всё его тело пронизывает тягучее предчувствие катастрофы.

Он останавливается и прислушивается: кажется, совсем рядом за спиной прозвенел чей-то смех.

Осторожно оборачивается.

Теперь тихо.

Метров в десяти от него покачивается несколько ромашек.

Потом — чуть ближе.

Эрик думает, что надо пригнуться и уйти под поверхность цветов, когда резко просыпается от того, что кто-то зажал ему рот.

Он моргает в темноте и смотрит в чёрные глаза Моны. Та отпускает его.

Мона жестами велит молчать и не включать свет, снимает его телефон с зарядки, относит в ванную, открывает кран над раковиной и, вернувшись в спальню, закрывает дверь.

Ещё только вечер.

Эрик даже не успел принять снотворное — заснул сразу, как лёг.

Он садится и не сводит с неё глаз. Волосы туго зачёсаны назад и собраны узлом на затылке. Под тёмно-красной толстовкой на ней футболка с надписью «К чёрту UEFA».

— Ты пришла, — говорит он.

— Я получила твоё сообщение. Какого чёрта происходит?

Мона придвигает стул и садится. Эрик, плача, рассказывает обо всём, что случилось. Она слушает, потом спрашивает о людях на корабле: называли ли они подразделение или ведомство, к которому принадлежат.

— Нет. Только повторяли, что речь идёт о безопасности государства, — отвечает он.

— СЭПО, военная разведка, Управление специального сбора, — вслух перебирает она.

— Ясно было только одно: мой наставник Фредрик Белль говорил о начальстве так, что… не знаю, я представил организацию с чёткой цепочкой командования.