Книга Нас предупреждали, страница 32 – Челси Ичасо

— На развалинах, не на развалинах… Мне ясно одно: кто-то методично ликвидирует нас, одного за другим.

Виктория, нетипично для себя одетая в легинсы и джемпер, скрещивает руки на груди:

— Диего сказал, что нам ничего не грозит, пока проклятие нам не передалось.

— Ты реально хочешь сидеть на попе ровно и гадать, пронесет или нет?

— За мной никто не охотится, – говорит она.

— Ну ладно, – я поворачиваюсь лицом к компьютеру, – иди. Если тебе правда не хочется узнать, что произошло с твоим другом, иди домой.

Я начинаю вбивать в поиске «Николас Блэкмор», – и тут слышу вздох, а потом шаги. Виктория плюхается на стул в трех компьютерах от моего и спрашивает:

— А зачем мы пришли в библиотеку? У нас у всех есть компьютеры. И телефоны с интернетом.

Я не могу вот так просто признаться, что чувствую себя более комфортно рядом с ними, когда мы в общественном месте. Или что я бы с большей охотой нырнула в бассейн с акулами, чем пошла бы домой к кому-то из них или пригласила их к себе.

— Здесь мы можем получить доступ к микропленке, если потребуется.

— Первое убийство было двадцать пять лет назад, – говорит она, – а не двести.

— Это может быть древнее проклятие, – парирую я.

Она закатывает глаза.

— И что именно мне искать?

— Можешь поискать информацию об убийстве Фары Палмер, – говорю я. – Мы ищем связь между жертвами. Какие-то зацепки, которые могут привести нас к убийце. – Я поворачиваюсь к Джеймисону: – Нарой все, что можешь, на Эстер Лэмб.

Джеймисон закатывает глаза, а Калеб садится прямо рядом со мной.

— Похоже, мне остается…

— Проклятие, – говорю я, – визуальные контакты с миссис Блэкмор, легенда, и все в таком духе.

Он кусает нижнюю губу, глядя прямо мне в лицо.

— Это ведь не может быть… ну, ты знаешь. Или может?

— Не может, – быстро отвечаю я, но мысли мои вертятся вокруг той ночи на развалинах. Я вспоминаю роковые слова Диего, сказанные им в школьном коридоре: «Генри был обречен и знал это. А сейчас мне кажется, что я тоже обречен… Он меня как будто заразил этим». – Не знаю, – тихо признаюсь я. – Но перед самой смертью Генри и Диего в него верили. Так что нам придется с этим считаться.

Кивнув, Калеб поворачивается лицом к экрану и начинает печатать. Я приступаю к утомительному прочесыванию статей, посвященных семье Блэкмор и вышедших на следующее утро после убийства двадцать пять лет назад.

— Не понимаю, кто разрешил Стаффорд командовать, – бухтит Джеймисон, стуча по клавишам.

— Не обращай на него внимания, – шепчет Калеб.

Прошел час, а я не нашла ничего, кроме уже известных мне фактов о миссис Блэкмор, «Фэйрпорт Виллидж» и убийстве ее сына.

Где-то в помещении раздается какой-то шорох; я поднимаю глаза и вижу, что Джеймисон, отодвинув стул, потягивается, как только что проснувшийся младенец.

— Это хуже школы, и ничего нам не даст, – зевая, говорит он. – Мне нужен перерыв.

— Мне тоже, – говорит Виктория. – Сбегаем за кофе?

— Мне и здесь неплохо, – говорит Калеб, доставая свои ключи. – Можете взять мой фургон.

Она хмурится.

— Мы сходим в кафе через дорогу. Тебе что-то взять?

— Спасибо, не надо. – Он демонстративно смотрит на меня, пока я не начинаю моргать. Разумеется, Виктория не спросила, хочу ли я кофе.

— Иден, – зовет Виктория, постукивая ногой по ковру. – Что будешь пить?