Книга Западная суть, Восточное начало, страница 143 – Алина Устинова

На самом деле Анастасия ничего не думала, произнеся эту фразу. Скорее имела в виду, что Станислава показывает Полу особняк, а экскурсия закончится как раз прощанием и отходом ко сну. Но, увидев испуганное, почти что паническое лицо Лероя, Амурсанаева закатила глаза и тихо на русском сказала: «Боже». Его способности додумывать и уходить в крайности можно было только позавидовать. Хотя скорее и не стоило.

— Разным, – зачем-то уточнила она. Звучало достаточно грубо, как будто он что-то сказал конкретно в её адрес, а она ставила его на место.

— Я понял, – тут же ответил он и поднял руку, чтобы она не продолжала.

Анастасия на несколько секунд взметнула вверх брови в неверии и закатила глаза.

— Мне иногда кажется, что мы с вами уже несколько лет ведём переговоры, – продолжил Лерой.

Анастасия молчала. То ли подтверждая его точку зрения, то ли не желая ничего отвечать.

— И что это всё в итоге ни к чему не приведёт, – Лерой скрестил руки на груди.

— Вам не надоедает всё время слушать свой голос? – Анастасия сегодня была крайне жестока по отношению к нему.

— Я вас раздражаю, – он не спрашивал, но отчего-то улыбнулся.

— Нет, что вы, – сарказмом были пронизаны почти все её звуки.

— Не переживайте, ещё три дня, и вы меня больше никогда не увидите.

— А вы что, уходите на пенсию? – Анастасия вновь подняла брови вверх.

Лерой закатил глаза и отвернулся. И почему она себя так ведёт? А почему ему это важно? Разве он не делал то же самое или вдруг проснувшееся дружелюбие требует добиться расположения? Амурсанаева, конечно, раздражала его, но раз они всё равно в том же беспросветном туннеле идиотских переговоров, то можно попробовать и ладить. Хотя бы временно.

— Как вы познакомились с госпожой Филин? – он решил перевести тему. Но зачем?

— О, как резко, – она улыбнулась. – Я работала в правительстве Тюменской области, а она – в местной нефтедобывающей компании. Занималась связями с органами государственной власти. Мы часто встречались на переговорах.

— Любопытно.

— А вы с…

— Мы – однокурсники.

— И какое у вас звание?

— Доктор философских наук. Ну, с уклоном в политику, – он знал, что она намекала на военную академию, но Лерой там не учился.

— А, вы из этих, – звучало уничижительно – он проглотил.

— Что, у вас лучше?

— Доктор исторических наук, – Анастасия подмигнула. – Но у вас это тоже доктор философских наук.

— Страшно-то как. За историю. Что вы с ней сделали?

— Изучила. Кстати, полезное занятие. Советую.

Лерой скорчил лицо, усмехнувшись. Намекая всем телом, что у неё ужасное чувство юмора и такта.

— Почему вы пытаетесь постоянно доказать своё превосходство?

— Интересно, что вы воспринимаете это именно так. Мы на самом деле очень похожи.

— Я уже это, кажется, слышал.

Анастасия пожала плечами.

— Я не пытаюсь вас унизить. Если что, – небольшое молчание. – Я просто так разговариваю.

— Вы провоцируете, – он скрестил руки на груди.

— А вы ведётесь, – Анастасия улыбнулась. – Почему?

У Лероя не было ответа на её вопрос. За все эти долгие годы в политике он так и не научился в должной степени контролировать свою вспыльчивость. Его часто задевали слова. Особенно «врагов», по его мнению. Чтобы не показывать лишний раз своё раздражение, он скрывался в кулуарах миропорядка, пытаясь укротить свой пыл и эмоциональный фон, но в случае Анастасии… Лерой хотел показать ей своё отношение во всей красе. Злость, гнев, может, – ненависть. Всё плохое было именно в ней. И он не верил, что она могла это как-то исправить. Потому что это ощущение было не на поверхности, а где-то внутри. Там, куда никогда не добираются объективность и факты, куда не доходят аргументы. Потому что он всё решил заранее. До того, как они познакомились. До того, как он сюда приехал. Лерой Макферсон невзлюбил её как часть России, потому что он давно решил, что ему не нравится Россия. Потому что ему очень долго об этом говорили. И потому что она очень далеко. И потому что он ничего о ней не знает, а ненавидеть неизвестное всегда проще. О чём им тогда разговаривать? Если всё было предопределено?