Книга Западная суть, Восточное начало, страница 138 – Алина Устинова

Станислава следила за ним, за движением его глаз, за взглядом. Там скрывалось что-то, чего она пока не могла понять. Точнее, то, что она подсознательно чувствовала, но не могла вообразить без добавления своих оценочных суждений, чьё сито оставляло лишь капли изначальных выводов подсознания. Ей нравилось слегка поддразнивать его и то, что он совершенно не обижался. Хотя, казалось бы, и на что. Что он иногда подшучивал над ней, очевидно не зло. Он вообще очень ей нравился. И это, наверное, было одной из самых страшных её тайн.

— Почему я единственный, кто остановился в резиденции? – внезапно спросил он, когда она уже вышла из-за полок.

— Это не общежитие, – буднично сказала она, будто это был вполне себе традиционный и ожидаемый ответ.

Пол ухмыльнулся.

— Что это у вас? – он указал на книгу в её руках.

Она хотела несмешно пошутить, посчитав, что сказать очевидное будет остроумно, но сдержалась.

— Гадали когда-нибудь на книге?

— Знаете, суеверность не самое лучшее качество мирового лидера.

— Зато это одно из основных качеств русского народа, – Станислава села на диван, приглашая его составить ей компанию.

— Правда? И вы?

— Это больше похоже на привычку. Например, не перехожу дорогу после чёрной кошки. Или, если я уроню нож, то всегда постучу им три раза об пол и три раза сплюну через плечо, – объяснила она.

— А что случится, если вы этого не сделаете?

— Придёт мужчина, – Станислава улыбнулась. – А если вилка, то женщина. Ложка тоже.

— А если вам нужно, чтобы он пришёл?

— Тогда придётся ронять больше ножей, – она засмеялась.

— А загадывать можно? Кто придёт? – он зачем-то начал шептать, то ли боясь, что их кто-то услышит в этом пустом помещении, то ли соблюдая правило тишины при посещении библиотеки.

— Это же не падающая звезда. Вы не выбираете.

— Как жаль.

Он, внезапно набравшись смелости, подвинулся к ней ближе на диване, фактически нарушая её личное пространство. Она всматривалась в его лицо, пытаясь предугадать дальнейшее действие, при этом совершенно не обращая внимание на их излишнюю близость. Станислава думала, это проверка. Он специально испытывает её терпение и выдержку. Как и она его ранее. Но в его холодных голубых глазах человека Севера совсем не было привычного любопытства. Привычной дерзости. Скорее – серьёзность. И в некоторой степени – страх, который Пол пытался скрыть за сосредоточенностью.

— Скажите, кого вы видите во мне, Станислава? Вы видите во мне мужчину?

Вопрос поставил её в тупик, и на миг она даже потеряла дар речи. Филин сделала удивлённое выражение лица, будто бы совсем не догадывалась, о чём он спрашивает.

— Я не… Ну вы же мужчина, разве нет? Или уже сомневаетесь в своей гендерной принадлежности? – её защита подсказывала ей отшучиваться любыми возможными способами.

— Перестаньте. Вы же поняли, о чём речь.

Она со всей серьёзностью посмотрела на него, пытаясь не выдавать свою растерянность и панику. Её игривое настроение растворилось примерно там же, где до этого его деловой этикет.

Молчание не заканчивалось, а только росло, заполняя собой каждый угол этого помещения. Ещё чуть-чуть, и она услышала бы в ушах звон общего безмолвия и беспомощности. Подбор слов занимал чересчур много времени, хотя для такой профессии, как лидер государства, у них обоих должны быть фразы на всякий случай. Выводящие их из состояния стазиса и потери в пространстве.