Книга Западная суть, Восточное начало, страница 113 – Алина Устинова

— Кто-кто… Я знаю, кто. Конечно, этот сучёныш Левенфорд, кто ж ещё. Тварь, – ещё чуть-чуть, и Гена начал бы плеваться слюной.

— Зачем?

— Потому что он говнюк, вот зачем. Рынок хочет захватить. Не нравится, что я ему все карты попутал, – Геннадий опустился на стул рядом со столом Станиславы.

— Это глупо. Столько усилий ради этого? Ещё и в такое время? – Филин покачала головой.

Очень нелогично. Более того, нашивки явно оставили неспроста. Вне зависимости от изначального плана по кортежу и конкретной жертве, расследование быстро должно было вывести на эту так нелепо оставленную «базу». Чтобы там так удачно лежали обличающие Геннадия Левашина улики. Вовлечение «Хакуна Мататы» раскрывало бы это покушение с новых углов.

— Вот вам конспирологическая теория, – начала Анастасия. – Всё было организовано, чтобы обвинить русских в срыве переговоров. Если нападали на кортеж канадского премьера, то, значит, русские не хотят окончания переговоров, так? Покушение – дело серьёзное. Если бы он был в машине один, то это полная заморозка всех последующих этапов переговоров и фактически остановка решения проблемы Мафазиму. А так и до войны недалеко. А если бы Блэквелл ещё бы и сдох там, то… – Анастасия развела руками.

Президент поморщилась от мысли, что Пол Блэквелл мог умереть.

— Но нам невыгодно это делать, – отметила Станислава. – В конце концов, мы сами не без корыстных интересов.

— О которых знает только узкий круг. Для общественности… Это была бы полная потеря репутации не только в глазах Запада, но и в глазах африканцев. «Ослеплённые ненавистью к западному миру, русские приговаривают Мафазиму к катастрофе и кровавой гражданской войне!» И вообще…

Станислава задумалась. Выгода одних, выгода других. Как всё усложнялось с каждым витком этих переговоров.

— С другой стороны, это всё слишком запутано и умно. Не каждый ещё к таким выводам придёт. Но вот Мафазиму… «Хакуна Матата» же работает на Макамбо, так? Возможно ли, что обвинить в срыве хотели именно его, а Гена просто удобный инструмент? А с такими лидерами долго не разговаривают. Таких бомбят, – предположила Филин.

Ей стало не по себе от своих же слов. Неужели от большой африканской войны их спасла случайность? Неужели, пригласив Станиславу к себе в машину, Пол Блэквелл совершил чуть ли не миротворческую миссию? Получается, они в равной степени взаимосвязаны: спасение жизни, души, репутации. Знал ли он, что так будет? Что выигрывает – интуиция или импульс?

Как хрупок их мир. Хрупче только их союзы.

— Вопрос в таком случае только, кому именно это всё выгодно. Левенфорд? Не складывается. Это человек Уотерса. А Уотерс заинтересован в разрешении конфликта. По крайней мере, он мог бы начать военную кампанию в любой момент, а тут уже переговоры, вот-вот решение будет на столе. Глупо, – добавил Олег.

— Вы не думайте, что Левенфорд бегает на поводке у Уотерса. У него своя повестка. Свои амбиции, свои цели. Мало ли что ему там в голову взбрело. Здесь ещё неясно, кто собака, а кто – хвост, – напомнил Левашин, не скрывая своего отвращения при упоминании столь нежеланной фамилии.

— Версии пока никакие не откидываем. Ну, кроме твоей причастности, Гена. Левенфорд, Макамбо, кто-то ещё. Уверена, что вы с Олегом сможете во всём разобраться, – Станислава впервые за их разговор улыбнулась.