Книга Западная суть, Восточное начало, страница 11 – Алина Устинова

— И ты сидишь молчишь? – голос Стивена аж подскочил на полтона.

— Прости, я забыл, что это было у нас в повестке, – съязвил канадский премьер.

— Пол, ты издеваешься? Это главная тема в повестке! В конце концов, общая стратегия выстраивания взаимоотношений с Россией и тому подобное в рамках союзнических обязательств или, не знаю, под эгидой Содружества. Придумаем что-нибудь. И вообще, у нас в повестке разговоров на пятнадцать минут, а забронирован целый час! Мы же с тобой ещё месяц назад всё решили, – австралийский премьер явно пытался уйти от обсуждения их двусторонних отношений всеми правдами и неправдами, при том что месяц назад они как раз ничего и не решили, а должны были разобраться сегодня. – Ну и как она тебе?

— У неё очень хороший английский, – Пол заметил, как Лерой нахмурился – тот явно не был доволен ответом. Или чем-то большим – например, тем фактом, что он до этого не слышал про какой-либо разговор с российским президентом.

— Многословно. Как и твоё предыдущее замечание, – австралийский премьер покачал головой и поджал губы в недоумении.

— Ты ждёшь подробную характеристику на неё или что? Мы разговаривали ровно пять минут.

— А о чём? – в дело уже вмешался Лерой. – И почему?

— Да ни о чём. Я просто увидел её и решил поздороваться.

— Просто решил? – Лерой всё ещё пребывал в каком-то царстве недоумения, но его вопрос остался незамеченным, так как Стивен был напористее в своих попытках узнать больше о Станиславе Филин.

— Как это, пять минут ни о чём? Такого не бывает. Что она тебе сказала?

— Что я ничего не знаю о России…

— Здесь с ней не поспоришь, ты о ней-то ничего не знаешь.

— …как и весь Запад.

Стивен пожал плечами, мол, принимается.

— Она…

Пол резко оборвал свою фразу и решил не продолжать разговор. Он хотел сказать им, что она очень красивая женщина, но посчитал это неуместным. Более того, опасным. В первую очередь для собственной репутации. Да, для его профессиональной репутации подобные рассуждения были опасны в своей сути: что за мысли он себе позволяет о лидере другого государства? Это вредно не только для его карьеры, но и для концентрации внимания.

— Что?

— Очень молода. Для президента, – Пол вышел из ситуации, хотя его это волновало в меньшей степени.

— Да, ей тридцать семь, – Стивен сказал это как-то горделиво. Как будто он единственный сделал домашнее задание и ждал поощрения за это. – Не то чтобы мы не в курсе, это и в интернете почитать можно. А есть какие-то более эксклюзивные данные, которыми ты хотел бы поделиться с классом?

Блэквелл повернулся к австралийскому премьеру с лицом, выражавшим полное недоумение его вопросом. Самому Полу было, в принципе, нечего сказать. Однако его настораживала явная нездоровая заинтересованность Стивена ван Клиффа российским президентом. Причём с самой первой его минуты пребывания на этом саммите. Пока ни один западный лидер не был столь увлечён новым лидером России, как австралиец. Даже учитывая слова Лероя о вездесущности Станиславы Филин, которые, впрочем, были гиперболизированы.

— Чем больше ты задаёшь вопросов, тем больше я убеждаюсь, что у тебя какой-то особый интерес к её персоне, – отметил канадец.

Если честно, то Полу казалось, что он находится в старшей школе, в которой появилась новенькая, и каждая группа по интересам пытается понять, кто она и сможет ли прижиться в коллективе. Выросли ли все они со времён старшей школы или в глубине души так и остались там? Чем верхний уровень социально-политических контактов отличается от начального уровня подростково-приятельских? Даже здесь, на серьёзном саммите, все как будто знают своё место в пищевой цепочке иерархических процессов глобальной политики.