Книга Страна без чудес, страница 34 – Андрей Уланов

— Эли, не отвлекайся.

Моран вместе с Клэр пристраивал гнома на металлический стул, прикрученный к полу. Лица его я видеть не могла, но даже спина эльфа вполне отчетливо выражала недовольство нашим разговором.

А на столе рядом посверкивали в холодном электрическом сиянии разложенные на полотенце хирургические инструменты.

— Приготовь пока раствор для инъекции.

— Как обычно, начинаем с «радужной капли»?

— Нет, — проверив крепления ремней на руках и ногах, Моран отступил на шаг, не глядя, взял скальпель и несколькими быстрыми движениями вспорол рукав сюртука и сорочку под ним, затем обрезал получившиеся лоскуты.

— «Далёкое детство» с «доброй матерью», один к четырем.

Элианель замерла.

— Не боишься, что у него мозги начнут вытекать из ушей?

— На какое-то время его хватит. А времени у нас в любом случае немного.

Сняв пиджак, Моран огляделся в поисках вешалки. Не нашёл, аккуратно пристроил на спинку стула, поверх уложил жилет и шейный платок. Прислонился к столу и, зацепившись большими пальцами за подтяжки, принялся наблюдать, как Элианель суетится вокруг бутыли от капельницы.

— Готово. Возьми розовый катетер.

— Почему?

— Новый состав гуттаперчи, более удачные, чем старые черные. Меньше трескаются.

Я успела заметить блеск иглы, прежде чем отвернулась к полкам со склянками. За спиной раздался непонятный звук, то ли всхлип, то ли стон.

— Просыпается.

Обернувшись, я в первое мгновение даже не узнала сидевшего в кресле. Тот же наряд, те же запахи, но лицо, избавившись от внутреннего напряжения, стало совсем иным. Наивно-радостная улыбка, расфокусированный взгляд, тонкая влажная ниточка из уголка рта. Перед нами сидел большой ребенок, и где-то внутри шевельнулась волна жалости…

…которой пришлось напоминать, что именно этот гном, с глупой улыбкой пускающий слюни, ответствен за смерь Тома Тайлера. За запах крови во взорванном предместье.

А если его и Музыканта не остановить, крови будет намного больше.

К сожалению, правильные мысли помогали плохо. Гном был здесь и сейчас, а такое всегда сильнее бьет по эмоциям.

— Я хорошо себя вёл? — голос у него тоже изменился, став по-детски ломким. — Меня не накажут?

— Не накажут, — пообещал Моран, становясь рядом и наклоняясь ближе. — Мы просто хотим задать несколько вопросов. Ты ведь хочешь нам помочь.

Мне отчего-то показалось, что Моран помолодел. Лет на пятьдесят, а то и больше. Лицо не изменилось, а вот манера держаться, двигаться стала другой. Пропала расчетливая скованность, когда каждый жест выглядит рассчитанным до дюйма, ничего лишнего. Этот новый для меня Моран двигался размашисто, порывисто.

— Конечно, хочу, — радостно подтвердил гном. — Спрашивайте.

— Назови своё имя.

— Я… — гном осекся, нахмурился, улыбка стала виноватой. — Не помню. Совсем не помню.

— Из какого ты клана?

— Из… — снова пауза, — опять не помню. Честно-честно, я бы сказал, я хочу сказать, но не помню.

— Старый недобрый Мор, — прошептала стоявшая рядом Элианель. — Снова оказался прав, как раньше. — Она дернула ухом и добавила еще тише: — За одно это его можно возненавидеть.

Если Моран и услышал её последнюю фразу, то никак не показал. Взяв со стола карандаш и несколько листков бумаги, он перетащил стул поближе, сел прямо перед гномом и наклонился вперед.