Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 139 – Анита Гамильтон

Вот это уже звучало правдоподобнее.

Любовь, как выяснилось, ничего не решила. Это было даже немного возмутительно. Генри не стал менее виноватым, Маттео — менее мертвым, а их последняя ссора не исчезла только потому, что Люси наконец разобралась в собственных чувствах.

Но теперь хотя бы стало понятно, почему она все еще стояла здесь в вещах, которые он ей прислал.

И почему последние две минуты держала кольцо вместо того, чтобы убрать его обратно в сумку.

Люси надела его.

Камень коротко поймал свет. Она повертела рукой, привыкая к знакомому весу, потом взяла клатч и пошла к двери. Объяснять Генри, что именно это означает, она пока не собиралась.

Пусть в этот раз сам подумает.

Генри в темном костюме ждал возле машины и застегивал пиджак. Услышав ее шаги, он поднял голову. Его взгляд скользнул по платью, задержался на талии, поднялся к кулону. Лицо почти не изменилось, только пальцы так и остались на незастегнутой пуговице, и Люси уже собиралась поздравить себя с маленькой победой, когда подошла ближе и прошла мимо него к открытой двери машины.

За спиной было тихо.

Люси взялась за край двери и обернулась. Генри смотрел на нее. Точнее, мгновение назад совершенно точно смотрел на ее спину. Теперь взгляд снова находился там, где приличному человеку полагалось его держать, а лицо выражало безупречную британскую невозмутимость, которой Люси давно перестала верить.

— Что?

— Ничего.

— Сноу.

Генри медленно выдохнул и закончил наконец с пиджаком.

— Я пытаюсь вспомнить, насколько хорошо представлял конструкцию этого платья на вас, когда его выбирал.

Люси повернулась чуть сильнее, прекрасно понимая, что делает.

— И?

На этот раз его взгляд опустился совершенно сознательно.

— Представлял.

Вот за это она его и любила.

Мысль пришла уже без сопротивления, почти буднично, и Люси едва не рассмеялась от того, сколько времени потратила на борьбу с тремя словами, которые после первого признания самой себе вдруг перестали казаться катастрофой.

Генри подошел и открыл дверь шире. Теперь он оказался так близко, что Люси почувствовала знакомый запах мяты и табака, но все же не приблизился настолько, чтобы коснуться ее без разрешения. Его взгляд снова прошел по платью, остановился на кулоне, и что-то в лице изменилось.

— Вы сохранили его.

Люси опустила глаза на украшение.

— Я много чего сохранила.

Только тогда Генри увидел кольцо.

Все остальное исчезло с его лица так быстро, что Люси перестала улыбаться. Он не спросил, зачем она его надела, не напомнил, что кольцо изначально было частью их фиктивной помолвки, не попытался превратить его возвращение в обещание, которого Люси пока не давала. Просто посмотрел сначала на ее руку, потом ей в лицо.

И ждал.

Люси первой протянула руку. Не демонстративно и не как ответ на невысказанный вопрос — просто положила пальцы в его ладонь, когда Генри помогал ей сесть в машину. Его большой палец скользнул по костяшкам и остановился прямо на кольце.

Люси могла убрать руку.

Не убрала.

Вместо этого чуть повернула ладонь, и их пальцы переплелись.

На этот раз Генри посмотрел прямо на нее.

— Люси.

Одно слово.

Без «мисс Спринг».

Она почувствовала, как сердце предательски ударило у самого горла, и решила, что одного признания в любви самой себе на сегодня с нее довольно.